Неожиданный ответ Швецова выбил американского президента из колеи. Мердок был удивлен невозмутимостью своего собеседника. Рассчитывая, что лишь услышав об американских войсках в Грузии, русский сразу согласится на условия американцев, Джозеф не думал, что его предложение, кажущееся таким заманчивым для нервных русских, может быть просто проигнорировано.
– Ну, раз уж вы вспомнили о своих солдатах в Грузии, Джозеф, так тому и быть. И я, пожалуй, не стану возражать, если через неделю они покинут эту страну, которую защищают якобы от вторжения из России, – подумав, ответил Швецов. – Но, кроме того, я хотел бы получить от вас, Джозеф, заверения в том, что вы не примените военную силу против Ирана. Эта страна входит в зону наших интересов, не скрою, и мне не хочется, чтобы там вспыхнула война. В истории отношений между нашими странами такое уже случалось полвека назад, когда Хрущев и Кеннеди договорились о безопасности Кубы. Это соглашение выполняется и сегодня, хотя заключившие его лидеры давно уже покинули наш грешный мир. Думаю, мы можем последовать их примеру. Меня вполне устроят просто подтвержденные вами гарантии безопасности Ирана, что же до возможных провокаций с его стороны, то мы позаботимся об этом, исключив любую вероятность угрозы вашим военным. Но, разумеется, для этого желательно, чтобы ваших военных у границ Ирана стало как можно меньше. Я думаю, для борьбы с террористами в Ираке нет нужды держать в Персидском заливе три атомных авианосца, поэтому, если вы выведете их оттуда, я стану верить вашему слову еще больше, Джозеф.
– Вы точь-в-точь повторяете требования арабов, запугавших моих сограждан своим ультиматумом, – через силу рассмеялся Мердок. – Мне сейчас кажется, что вы действуете заодно с Эр-Риядом, Алексей.
– Отнюдь, – покачал головой Швецов. – Просто наши интересы на какое-то время совпали, ведь никому не хочется оказаться втянутым в очередную войну. Россия не присоединялась и не намерена присоединяться к нефтяному эмбарго, мы вообще не желаем принимать чью-либо сторону в этом противостоянии. Мы просто боремся за мир, и средства наши, оказывается, совпадают.
– Но отрицать, что саудовцы вели с вами переговоры о вступлении в ОПЕК, вы не будете? – Мердок решил использовать один из заготовленных козырей, прижав Швецова к стенке.
– Нет, не буду, – спокойно кивнул Алексей. Его открытость несколько удивила американского президента, не ожидавшего, что Швецов так быстро откроет карты. – Я лично встречался с представителями Саудовской Аравии, и после этих встреч счел пока излишним присоединяться к названной вами организации. Интересам России противоречит приятие на себя каких-либо обязательств перед другими участниками этой без сомнения могущественной структуры, по крайней мере, в ближайшем будущем. Поэтому можете передать своим европейским партнерам, что демарш Саудовской Аравии и их союзников не скажется на поставках в Европу русского газа и нефти.
– Да, это актуально, – согласился американский президент. – Кое-кто из наших друзей напуган происходящим, и заверения от вас о том, что вы продолжите исполнять взятые на себя обязательства, успокоят самых нервных наших партнеров.
– Но это все сейчас не так важно, – напомнил Швецов. – Мы встретились, чтобы решить проблемы иного характера, Джозеф, и теперь, когда вам известны наши условия, я хочу знать, согласны ли вы на них?
– А вы, – Мердок, прищурившись, пристально посмотрел на русского президента. – Вы готовы исполнить наши условия, Алексей?
Несколько мгновений президенты молча смотрели друг на друга, буквально пронзая взглядом собеседника, а сами в это время лихорадочно обдумывали дальнейшие свои действия. Встреча один на один была хороша тем, что любое решение можно было принять быстро, без нудных обсуждений с министрами, экспертами, еще невесть с кем. Но именно эта поспешность была и главным злом, ведь одно опрометчиво произнесенное слово в такой обстановке могла повлечь за собой далеко идущие последствия, и не факт, что они стали бы обязательно благоприятными.
– Итак, вы выводите войска из Грузии, а также уводите свой флот из Персидского залива, при этом также сокращая и сухопутную группировку у границ Ирана, – почувствовав, что молчание затягивается неприлично долго, произнес Алексей Швецов. – Мы же отказываемся поставлять в Иран наступательные вооружения, равно как и не будем продавать иранцам лицензии на производство отдельных образцов боевой техники. При этом мы вправе поставлять в эту страну оружие оборонительного характера, прежде все, зенитные ракеты и истребители-перехватчики, не предназначенные для ударов по наземным или надводным целям.
Швецов констатировал факты, и Мердок молча кивал, подтверждая каждое произнесенное русским коллегой слово.
