Повелит он спешить за грани Леты,
И, воспев вдохновенным гласом битвы,
Упокоив великие гробницы,
(О злодейство! Злодейство!!!) ты умолкнешь!»
Так промолвив, она смахнула плектром
105 Подступившие горестные слезы.
Ты же, – где бы ты ни был, – там, над миром,
Где несутся на быстрых колесницах
Души лучших, молвою вознесенных,
И смеются над дольними гробами,
110 Или там, где в священных мирных рощах
Элизейских покоятся счастливцы,
Где с тобою фарсальские герои,
И твоей благородной песни звукам
115 И Помпеи внимают, и Катоны;
(Тень святая! Лишь издали ты видишь
Бездну Тартара, слышишь стоны грешных,
Наблюдаешь, как факел материнский
Освещает бескровный лик Нерона),
120 Cветлым к нам ты явись, на голос Поллы
Отзовись, умоли богов безмолвных
Уступить хоть денек! Порой врата их
Позволяют мужьям вернуться к женам.
Не обманом вакхических заклятий
125 Возвращает она тебя на землю,
Нет, к тебе самому она взывает,
Сохраняя твой образ в самом сердце.
Не приносит ей в горе утешенья
Блеск твоей золотой посмертной маски,
130 Что мерцает над тихим брачным ложем,
Сторожа ее сон. О смерть, уйди же!
Это праздник начала новой жизни!
Прочь, жестокая скорбь! Пусть по ланитам
Слезы счастья текут и сладкой боли,
135 Что оплакано, будет то священно.
