— Знаешь, я его, кажется, забыла дома, а место могла перепутать. Она оставила меня в холле какого-то громадного здания, а сама пошла искать Рудольфа.
Рудольф появился на горизонте через час, просто подруга перепутала не место, а время. Постаревший и прихрамывающий приятель пригласил нас в кафе, где я отдала привезенные ему из Питера бумаги, а он угостил нас кофе со сладостями. Конечно, он уже торопился, да и у нас времени было в обрез.
— Девчонки, Алла просила пригласить вас к нам по возвращении из Шварцвальда. У тебя, Ольга, ведь еще будут дни в Берлине? Обязательно встретимся, о многом надо поговорить. Согласны?
— Naturlich!
На Александерплац, недалеко от которой мы находились, шла великая перестройка или стройка. Меняли облик этой громадной площади, часть ее представляла собой строительный котлован.
— Ты уже заметила, что в Берлине, как всегда, немцы что-то ломают и на этом месте что-то красивое возводят. У них происходит все легко и быстро. Вчера еще был дворец, сегодня его нет, завтра будет возведен еще краше. Здесь недалеко, я слышала по радио, будут перестраивать именно Дворец республики, и всю площадь меняют…
По мосткам, обходя леса, мы дошли до входа в красного цвета городскую ратушу, открыли тяжелую дверь, поднялись по парадной с красным ковром лестнице, прошлись по безлюдным залам, осмотрели красивые интерьеры и, никем не встреченные, ушли. Жалко, что у меня не было камеры. Я подумала, что в нашу администрацию города нас бы просто так не пустили.
Прогулку по Берлину закончили у нашей школьной подруги Жени, которая жила в доме на берегу канала на бывшей границе Восточного и Западного Берлина у бывшей Берлинской стены, от которой остались лишь знаки на брусчатке.
Женя, отличная хозяйка, встретила нас вкусным обедом — тушеными баклажанами с черносливом и помидорами, хачапури, заливной рыбой, супчиком, а на закуску поставила мороженое и малину. Если учесть, что недавно у нее возникли проблемы с ногами и двигаться даже в пределах квартиры ей тяжело, это был подвиг.
— Женечка, какая ты молодец! Я со здоровыми ногами такой обед никогда бы не приготовила.
— Приезжай почаще, и не то еще у меня попробуешь!
После обеда и просмотра на планшете моих последних фильмов мы стали вспоминать прошлые встречи.
Женин дом стоит с западной стороны бывшей Стены, он светлый многоэтажный с балкончиками, выходящими на канал. Канал, один из многих водных артерий Берлина, живописно извивается несколько километров по городу, начинаясь недалеко от реки Шпрее — в Трептов-парке, там, где советский солдат держит на руках немецкую девочку. По каналу в теплое время ходят пароходики и плавают утки и лебеди, а зеленые берега, не облицованные камнем, естественно переходят в парковую зону. По дорожкам обычно прогуливаются пожилые люди, бегают спортсмены, ездят велосипедисты. Небольшую территорию занимает мини-зоосад, где в загончиках резвятся козы и хрюшки, а дети приходят их кормить. Женя, большой краевед, много чего знала о Берлине, в котором жила не так давно, и любила делиться знаниями. В мои прошлые приезды она показывала свой любимый канал, а как-то предложила:
— Хочешь посмотреть на наш бомжатник?
— Не может быть! Неужели и в Берлине есть бомжи?
— Только необычные. Художественные натуры не хотят жить как все. Они поселились на берегу канала, соорудили временные легкие жилища и наслаждаются. Видишь, стены домиков расписаны, а между ними поставлены скульптуры. На этой доске вывешиваются объявления об общественных мероприятиях. Месяц назад висела афиша о спектакле, он давался в театре, устроенном в большой вместительной палатке!
— На твоем месте я бы пошла посмотреть.
— После одного случая я боюсь совершать подобные авантюры. Представляешь, шла я часов в семь вечера каналом, о чем-то задумавшись. Вдруг чувствую, сумочка моя куда-то уплывает из рук. Оглядываюсь — мальчишка! Вырывает мою сумку и уже готовится бежать. Я заорала и инстинктивно прижала сумку к себе, он от неожиданности ее выпустил. Но хоть бы устыдился. Ушел как ни в чем не бывало, паразит. Вот такие у нас бывают встречи. Теперь стараюсь ходить вечером без сумочки. А ты говоришь, к бомжам на концерт идти.
— Девчонки, извините, я вас провожать не пойду, немного устала, зайдете ко мне по возвращении, хорошо?
— До свидания, дорогая подруга. Но мы немножко прогуляемся по каналу, посмотрим, какие изменения произошли.
— Пожалуй, увеличилось количество немцев на велосипедах, их столько не было, впрочем, сами увидите…
Вечер прошел в сборах.
Подъем в 6 утра, в 7:30 мы с вещами вышли из дома на автовокзал, который находится в 7 минутах от Нонниного дома. Дорога до Геттингена, где Ира забронировала нам номер в отеле, была длинной: с 7:30 до 13:30. В течение шести часов я рассматривала публику в автобусе и пейзажи за окном.
