Флигель измерил давление и, хрустнув липучкой, содрал с руки Суркова черный обод. - С давлением все нормально, - констатировал он, - анализы почти в норме, но это - дело времени. Повышенная пигментация - это побочный эффект от витаминов, так что пусть вас загар не пугает. Постарайтесь избегать ультрафиолета. Крем от солнца - и все придет в норму. Я бы понаблюдал за вами еще пару недель, но, если честно, журналисты ваши одолели. - Они такие же мои, как и ваши. - Я вас не виню. - Еще бы вы меня винили, я сюда не сам пришел. - Знаете, Сурков, - Флигель хихикнул в кулак, - за то время, что вы пробыли здесь, я привлек к нашей клинике внимания больше, чем за все ее существование. Сначала вы были единственным спящим, а затем единственным проснувшимся, так что я вас использовал и могу еще немного потерпеть. - Не надо, прошу вас. - Опасайтесь, Сурков, вы еще не набрались сил, а они вам очень понадобятся. - Вы про журналистов? - Я про вашу дистрофию. Вы, Сурков, похудели на двенадцать килограммов, ваши эритроциты почти вымерли. Когда вы проснулись, у вас были все признаки атеросклероза, вспомните, как вы в холодильник заглядывали? - Грешно смеяться над больными людьми. - Вам придется беречь себя, подумайте об этом. - Когда вы меня выпишите? - Если хотите, я могу сделать это завтра. - Хочу. - Что же, дело ваше. - Скажите, доктор, а продолжений у моего склероза не будет? - Вы не любите новости, Сурков? - Не люблю. - Тогда у вас есть повод для беспокойства. Я надеюсь, вы понимаете, что до того, как ваше тело попало к нам, над ним хорошенько поиздевались. - В каком смысле? - Как бы вам это объяснить? - Флигель тактично покашлял. - Сначала вас пытались разбудить, жгли вам пятки, кололи иголками, били током, но когда это не дало результатов, отвезли в морг. Там работает некто санитар Тимофей, - доктор задумался, подбирая слова, - принеприятнейшая личность, доложу я вам... Больной человек к тому же. - А какое это отношение имеет ко мне? - Он криптоман, - наконец решился Флигель. - Так вот, о чем это я? Ах да. Так вот он-то и обнаружил, что вы теплый. То есть ваша температура выше, чем у ваших соседей. К тому же трупного окоченения не наблюдалось и так далее. Если бы Сурков в данный момент ел или пил, то непременно поперхнулся бы, но вместо этого только отвесил челюсть. - Вы хотите сказать... - Ничего не знаю, - поспешил заверить Флигель, - к тому же, мне эту историю тоже пересказывали, могли приврать. - Я не останусь у вас ни минуты, - выдохнул Сурков через пересохшее горло. - Как вам угодно, - слишком сговорчиво согласился доктор. - А что было потом? - Ничего, привезли вас в реанимацию. Там, правда, сделать ничего не смогли, так что решили положить вас в отдельную палату и поставить капельницу. - Мне, кажется, я проснулся в коридоре? - Да. Вы, Сурков, были очень сговорчивым пациентом, так что вас катали по всему корпусу, пока не забыли в коридоре. - Много бы я еще протянул? - Тяжело сказать, может, пару месяцев, может, пару лет. Если бы дети не вынимали из вашей иглы трубочку, то, наверняка, дольше. - Спасибо вам. - Не стоит благодарностей. - Тогда прощайте. - Я подготовлю документы к трем часам. - Я подожду, - Сурков легко поднялся со стула и пошел к двери, когда он потянул за блестящую ручку, Флигель окликнул его: - Сурков, а вам что-нибудь снилось? - Лучше вам этого не знать, - ответил Сурков и аккуратно закрыл за собой дверь.
* * *
