— Пройдет мимо, прикалываться начнет, ну по-разному бывало… Ефимыч со странностями был, неизвестно, что выкинет через секунду.
Я внимательно посмотрела на Димана и произнесла:
— Послушай, Дмитрий, а ведь ты тоже мог пришить его, как главного конкурента.
Белобрысый изменился в лице. Он стал похож на старушку, которая пришла на базар торговать семечками, а ее отовсюду стали гнать в три шеи.
На моем лице появилась улыбка.
— Так что скажешь? Я не права?
Парень замотал головой.
— Я в этом не участвовал, сто процентов.
— Значит, участвовал кто-то другой? Кто?
— Не знаю… У меня иногда появлялась мысль прошибить ему голову, когда уж слишком он меня доставал, но потом как-то все уходило само собой — поговорили и успокоились. В нем как бы два человека жило — поначалу как зверь, а потом улыбнется, извинится, и вроде бы все нормально. А в тот день, когда Ефимыча пришили, я был в ночном клубе.
— Это в шесть часов вечера-то?
— Был день святого Валентина, гулянка началась рано.
— Это я еще проверю, не дай бог — соврал…
— Мамой клянусь!..
— Быстро говори, где найти «Ваню»!
— Дом знаю, квартиру — нет.
— Рассказывай!..
Белобрысый Диман сообщил мне, как найти дом «Вани», и как раз в этот момент к гаражу подкатили две милицейские «десятки». Парни в серых полушубках, не торопясь, вышли из машин.
— Это здесь драка происходила? — спросил лейтенант с казачьими усами, оглядывая лежавшего на снегу белобрысого, который тут же с тоской в глазах откинулся на спину.
— Драка? — удивленно проговорила я. — Ничего такого здесь не было, кто вам сообщил?
— Жильцы ближайших домов.
— Они что же — видели драку?
— Нет, но толпа подростков направлялась сюда явно не для пикника.
— Понятно… Молодцы жильцы — бдительный народ.
Лейтенант указал на Димана, мрачно рассматривавшего небо.
— Это кто такой и почему в таком виде?
— Поскользнулся парень и упал, а я оказывала ему первую помощь.
Мой взгляд источал такую безоблачную невинность, что у милиционеров сомнения в том, что я сказала, стали постепенно улетучиваться.
— Горелым пахнет… — неуверенно произнес лейтенант, втянув ноздрями воздух.
— Конечно, — кивнула я, — кто-то подпалил гараж гражданина Новицкого.
Валентин скромно кивнул головой, а я указала на белобрысого:
— Это — единственный свидетель. Случайно видел, как какие-то пацаны подожгли.
Диман бросил на меня взгляд, полный ненависти, и заорал:
— Врет она! Врет, сука!
Незаметно для всех я пнула белобрысого носком ботинка под ребро.
— Он вам все расскажет, — улыбнулась я. — А драки никакой не было, можете мне поверить.
Милиционеры не стали больше разбираться, подхватили Димана и втолкнули на заднее сиденье «десятки».
— Кто будет заявление подавать? — спросил лейтенант.
— Гражданин Новицкий, кто же еще, — сладко улыбаясь, произнесла я, искоса взглянув на клиента. — Он сейчас свободен и вполне может проехать с вами…
Игоря Иванова я встретила на следующий день, когда он выходил из дома — девятиэтажки из белого и красного кирпича.
Я стояла у высокого крыльца из восьми ступенек и ждала, когда «Ваня» спустится вниз, чтобы с ним можно было поговорить с глазу на глаз.
Аккуратно подстриженные каштановые волосы, явно не дилетантом в парикмахерском искусстве, карие глаза, греческий нос, пухлые губы, как зрелые клубнички, вялый подбородок, свойственный мягким по натуре людям, длинные мочки ушей и тонкая шея.
Норковая шапка совершенно не вязалась с коричневым пальто из плащевки с рыжим искусственным воротником.
Свой пост я заняла полвосьмого утра, предварительно побывав у Валентина Новицкого и строго-настрого приказав ему ни в коем случае не выходить из дома, пусть даже для этого будет очень уважительная причина. Клиент обещал следовать моим инструкциям и подавить в себе проблески любой инициативы. Это меня немного успокоило. Как назло, именно в этот день погода стала меняться — закрепчал мороз. В наших широтах это обычное явление — вчера плюс два, сегодня минус десять, завтра ноль, послезавтра пятнадцать градусов мороза. Перепады жуткие, и моя тетя Мила жалуется на них, потому как ее драгоценное здоровье при этом расстраивается. Боже, что ждет нас в таком же возрасте?
Игорек вышел из дома в половине десятого с портфелем в руках, хотя для начала школьных занятий было уже поздновато, шел, наверное, уже второй урок.
Увидев меня, он широко открыл глаза, значит — сразу узнал. Еще бы.
Я не совсем поняла, что случилось дальше — вместо того чтобы спуститься по ступенькам, Игорек сиганул с крылечка и скрылся за домом.
Пришлось срываться с места и мчаться на перехват, хотя мне не очень-то хотелось этого делать по причине того, что ноги закоченели от холода.
Увы, перехватывать было некого, «Ваня» исчез.
Вот это номер! Оказывается, парень не прост — он воспользовался неизвестными мне ходами и испарился.
Я огляделась.
С левой стороны дома возвышалась некая конструкция, что-то вроде подиума для тех, кто выбрасывает мусор в кузов подъехавшей «санитарной» машины. С другой стороны к зданию было пристроено почтовое отделение, а вокруг зимовали декоративные кустики, скорее всего здесь насадили мелколистный вяз.