Из Кодекса: «28 апреля 2185 года в столице Таэтруса — Валлуме — был совершен ужасающий своей бесчеловечностью теракт. В центре города произошел взрыв колоссальной мощности оставивший кратер диаметром 5 километров. Взрывная волна была такой силы, что здания, находящиеся в радиусе 11 километров от эпицентра были разрушены».
========== Глава 1 ==========
***
Под жарким солнцем Таэтруса черные пластины на руках Вирибиса накалялись со страшной силой. Голову спасал капюшон, надвинутый на лоб. Он шел уже около часа. Широкими шагами он дошёл до торгового центра, куда держал путь на встречу. Турианец должен был пересечься с «работодателем», тем, что приходит ему и его отцу на помощь, когда кончаются деньги. Мысль о том, что слишком странное место — торговый центр — для обсуждения не совсем легальных процессов, не давало покоя, но делать было нечего, потому что в животе бурлило уже с предыдущего дня. Незаметно он добрался до здания на берегу реки, вошел внутрь и облегченно вздохнул, радуясь, что солнце наконец-то перестало запекать ему руки. Вирибис начал смотреть по сторонам, немного опустив голову, чтобы камеры не запечатлели его лица, поражаясь, насколько тут все выглядит дорого. Особенно привлек его внимание бутик со сверкающими предметами декора на продажу. Еще немного, и он почувствовал запах еды, причем, явно хорошо приготовленной, от чего живот издал недовольное урчание. Проклянув мысленно своего контакта, турианец решил пойти обратно на улицу — лучше запекаться, чем чувствовать еду и понимать, что она не достанется никаким образом.
На набережной было малолюдно — середина буднего дня, все еще сидят на работах. Под деревом была свободная скамейка, которую Вирибис тут же оккупировал, закинув ноги, чтобы никто не сел рядом. Начало постепенно клонить в сон. Парень закинул голову назад, смотря на крону дерева, под которым сидит. Только турианец начал засыпать, как низкий голос выдернул его из состояния умиротворения:
— Эй, парень, ноги со скамейки.
Вирибис вздрогнул и резко поднял голову, от чего капюшон слетел с головы. Перед ним стоял рослый полицейский с винтовкой. Не считая нужным что-то отвечать, турианец опустил ноги на пол и недружелюбно уставился в глаза стража правопорядка, немного наклонив голову на бок, показывая, что присутствие оного тут не приветствуется. В свою очередь, полисмен уставился на Вирибиса в ответ, почти в точности копируя выражение лица.
— Имя.
— Вирибис.
— Фамилия.
— Каринирис.
— Сколько лет?
— Пятнадцать.
— Почему не в армии?
— У вас все в компьютере написано.
Закинув руку на спинку скамейки и ногу на ногу, турианец молча продолжал смотреть на полицейского, который полез в свой инструментрон.
— Из Клунги, значит. Так… Неоднократно привлекался к административной ответственности за мелкое воровство и разбои. Ну да, не удивительно. Из Клунги все уголовники, а ты, парень, еще просто не дорос до тюрьмы. Но тебе светит это через пару лет, точно тебе говорю.
Вирибис с возмущенным видом собрался было встать, уже положив обе руки на колени, но страж порядка толкнул его в плечо.
— Сидеть. Забирать тебя не стану. Но учти, что если в этом районе что-то случится, на следствии я вспомню именно тебя.
Парень многозначительно плюнул на пол, и издевательски отдал честь полицейскому, который тот же ушел, усмехнувшись. Проводив его взглядом, Вирибис принял ту же полулежачую позу и натянул капюшон. Шуршание деревьев, всплески воды и гульканье пролетающих аэрокаров усыпляли турианца, не спавшего всю ночь. Хоть он и должен был встретиться со своим «знакомым», противиться сну он больше не мог — не хватало сил даже на то, чтобы открыть глаза.
***
Ненавязчивая тихая мелодия разливалась между рядами стеллажей. Не смотря на приближение середину дня, в торговых отделах универмага было мало покупателей.
— Пап.
Рослый турианец с широкой спиной заинтересованно склонился над универмаговской полкой с охлажденными кусками вырезки.
— Пап.
Мужчина, не обращая внимания на скрипучее зазывание дочери, принялся внимательно разглядывать кусочки темно-синего мяса.
— Свежак, — экспертно заключил он, подтянув верхний мясной куб к носу. — Надо брать.
— Пааап, — более печально протянула Ори, безвольно опустив руки вдоль туловища и наигранно откинув голову назад.
— Что, милая, — ровно произнес турианец, не отрываясь от своего занятия, заправски отправляя кусок за куском в пакет.
— Долго еще? — Вздохнула девочка.
— Ужин — основная трапеза, милая. Не зачем торопиться.
На эти слова Ори моментально выпрямилась и, продолжая сверлить спину отца взглядом, горько заметила:
— В «БарерКин» тоже не торопятся.
Мужчина издевательски хохотнул:
— Котлеты за пять минут? Да, да. Не торопятся. Потерпи. Вернемся домой, будет тебе полноценный ужин. Сегодня, как-никак, папа готовит.
Ори ехидно поджала мандибулы.
— Только маме не говори, — мужчина, выпрямившись, подмигнул дочке, и отправил в пакет последний кусок отборного мяса. Прижав к груди увесистый пакет, турианец покрутил головой, — мне нужна заправка для маринада.
— Грррр! — рыкнула Ори, встав на месте, — я замучилась ходить туда-сюда.
