Кроме того, русофобия, которая вполне легально культивировалась на Украине на протяжении многих лет, позволяла замаскировать в том числе и политическую зависть истеблишмента Украины к успехам возрождающейся России. Примеров тому я могу привести немало. Если российские спортсмены выигрывали какой-нибудь чемпионат мира или обходили украинцев в медальном зачете на Олимпиаде, украинские телеканалы, как правило, об этом не сообщали. Или информация давалась одной строкой в самом конце новостного выпуска. Позитивных сюжетов о России, вопреки нашим представлениям, на Украине не выходило и во времена Януковича. Уже в тот период в средствах массовой информации процветала русофобия.
Россию всегда старались как можно больнее ударить в любой подходящий момент. Ну, для этого у украинцев есть несколько постоянных поводов. Во-первых, это, разумеется, 9 Мая. И то, что украинские националисты отменили этот праздник, наверное, никого не должно удивлять. Для них это действительно день горя, когда поражение потерпели их учителя и кумиры. Во-вторых, это Договор о ненападении между Советским Союзом и Германией от 1939 года, который они называют не иначе как пакт Молотова – Риббентропа, чтобы польстить Польше и Прибалтийским странам.
При этом ни один украинский политик не может осознать, что Украина в том виде, в каком она сегодня существует, – это как раз продукт развития событий после подписания того самого договора о ненападении. Ведь если бы они были до конца принципиальными, то тогда Западную Украину, так называемый Восточный Крест, надо было бы вернуть полякам. Конечно, никто этого делать не будет. Поскольку в данном случае вообще неясно, а что, собственно, может являться государство образующим базисом для этой страны. Далеко не случайно господин Порошенко сказал, что идейным стержнем всей украинской нации являются галичане. С этим трудно спорить. Если во главу угла ставить идеологию украинского национализма, превозносить Бандеру, Шухевича, Стецько, Кука, Донцова, Грушевского и других подобных деятелей, то, действительно, именно галичане являются объединяющим фундаментом всей этой кособокой конструкции.
При этом до определенного времени украинские националисты все-таки не пользовались такой гигантской поддержкой. Да, они могли участвовать в выборах и даже избирать своих депутатов в Верховную раду, могли собирать шумные пресс-конференции, делать громкие заявления. Интересно, что украинские националисты неоднократно выдвигали и демонстрировали на практике тезис о том, что никакая демократия на Украине невозможна, а нужен только абсолютный тоталитаризм. Однако всенародной поддержки у них все-таки не было, потому что основная часть страны до начала Майдана пребывала в состоянии какого-то летаргического сна. Тем не менее, как только этому большинству стали прививать черты, свойственные любому тоталитарному строю, украинский обыватель посыпался. И он оказался не способен противостоять политическому радикализму. На каком-то этапе ему даже, наверное, нравилось исполнять роль сверхчеловека, у которого есть сила и который готов совершить «революцию достоинства». Когда в России пришедшему на Украине правительству дали определение «хунта», украинские обыватели посмеивались: дескать, ну какая это хунта, ну кто из них может быть хунтой – Порошенко, Яценюк, Парубий?
В июле 2017 года президент Украины Петр Порошенко посетил презентацию книги, которую написали ветераны так называемой антитеррористической операции, то есть участники добровольческих батальонов, задействованные в убийствах людей на Донбассе. Название этой книги – «14 друзей хунты». Они теперь сами называют себя хунтой, видимо, в насмешку. И господин Порошенко, выступая на мероприятии с приветственной речью, заявил, что «сегодня все мы – хунта». Это к вопросу о том, что суть проблемы была точно обозначена в России еще в 2014 году. Другой вопрос, что на Украине русских традиционно слушать не захотели.
