Уголовные традиции на Руси уходят корнями в Средние века. Такое специфическое преступное явление, не имеющее аналогов в мировой криминальной практике, как «воры в законе», появилось только в тридцатые годы XX века. Тогда в местах лишения свободы скопилось огромное количество воров. Время было суровое и голодное, экономика страны несколько раз и очень болезненно перестраивалась, крестьянство выталкивалось в нежизнеспособные колхозы или в города для работы на заводах – Россия выходила на индустриальный уровень. Ко всем этим трудностям бесчисленные войны и революции сформировали и добавили армию откровенных головорезов, мародёров, грабителей, людей «с большой дороги». Тюрьмы были переполнены. Из этой массы выделилась особая категория, которую от прочих заключённых отличало наличие большого опыта пребывания в лагерях и тюрьмах. Тюрьма для них стала родным домом, и кому как не им было устанавливать там свои порядки. Именно этот факт был определяющим в возникновении их особого класса. Хотя «по роду деятельности» они могли быть самыми мелкими воришками, например, тырившими бельё по чердакам или мелочь по карманам. Романтизация преступного мира в нашей современной культуре создала ложный образ «вора в законе». Ковыряющие в носу перед телевизором инфантильные обыватели стали считать его каким-то виртуозным взломщиком, мастером высочайшего класса по кражам и хищениям. И верить, что за эту-то виртуозность их и выделили в особую касту. Но подобных заблуждений не счесть в современном информационном пространстве.
По одной из версий (коих несколько) понятие и титул «вора в законе» – самого уважаемого в криминальном мире человека – сформулировали… советские спецслужбы. То ли в целях усиления борьбы с преступностью, которая возросла в связи с Коллективизацией и последовавшим за ней голодом, то ли для сортировки заключённых на классы. Тогда на зоне сидел не только уголовно-криминальный элемент, а зачастую и выходцы из культурных и творческих элит. Хотя есть мнение, что именно эта «сортировка» привела к тому, что законники стали основной сплачивающей силой преступного мира и даже провозгласили себя хранителями криминальных традиций аж дореволюционной России! Тенденция полной аполитичности и неподчинения власти стала их основной линией поведения. Первые коронованные зеки быстро выработали свой «кодекс чести» (или даже есть версия, что кодекс этот им «предложило» руководство одной из колоний). Их связывал особый стиль поведения, обычаи и традиции, в число которых вошли полное неприятие общественных норм и правил. «Вору в законе» возбранялось многое: нельзя было жениться, иметь детей, брать в руки оружие, общаться с милицией вплоть до того, что, даже будучи на воле, «короли зоны» отказывались ехать в одном автобусе, если в нём находился сотрудник милиции. А уж что касается дачи показаний, то «вор в законе» их не даст даже в случае расследования покушения на его собственную жизнь. Законник обязан жить только преступным промыслом, «не пятная себя работой», не вступать ни в какие отношения с официальной властью.
В целом, ничего странного для человека, который почти всю сознательную жизнь проводит в «местах не столь отдалённых». Зачем ему семья и дети, если у него фактически нет дома, или он там почти не бывает? Фактически он «живёт» в тюрьме и тюрьмой. Зачем ему отношения с властью, если все его отношения с ней исчерпываются той же тюрьмой? Убивать разрешалось только в крайних случаях, и то каждый случай убийства обсуждался на последующей «сходке». И если убивший другого преступника вор признавался неправым, его ждала та же участь – смерть. Во как!
Первый серьёзный сбой в системе возник из-за того, что некоторые криминальные «авторитеты» принимали участие в Великой Отечественной войне, вступали в ряды Красной Армии, чтобы защитить страну от нацистов. По уголовному канону это было недопустимо: нарушался полный запрет на какое бы то ни было сотрудничество с государственными органами, как в виде участия в проводимых ими общественных мероприятиях, так и содействия им. После победы над фашистской Германией между вернувшимися с войны «законниками» и теми, кто не отступил от традиций преступной среды, началась знаменитая «сучья война», в результате которой обе стороны понесли значительные потери. Есть мнение, что именно тогда старый клан «воров в законе» практически исчез в первоначальном виде, а возродившийся позднее был уже совершенно иного качества.
