Ответ ведь прост, как формула. Хедж-фонды.
Необязательно, чтобы пятьдесят миллиардов были моими. Эти деньги уже есть в мире. Главное — сделать так, чтобы их владельцы сказали: "Вот, держи, парень".
У меня нет времени. Открыл приложение для заметок и начал накидывать план:
[План выживания]
1. Создать хедж-фонд с активами не менее 10 миллиардов долларов за два года.
Чтобы запустить фонд, нужны инвесторы. А здесь я в идеальной позиции.
Почему Goldman считается вершиной среди инвестбанков? Размер? Производительность? Нет.
Они мастера в искусстве связей. От советников президента до саудовских шейхов — их контакты прочнее алмаза.
Мне нужно использовать сеть Goldman по максимуму.
[Цели: коллеги, боссы, клиенты]
1. Подружиться с богатыми коллегами.
2. Произвести впечатление на толкового руководителя, чтобы он свёл меня с ключевыми клиентами.
3. Сделать так, чтобы эти клиенты меня запомнили….
В этот момент телефон завибрировал.
Бззз.
Номер знакомый. Лилиана.
— Господин Платонов? Вы ведь ещё не ушли? Я сейчас подойду….
Значит, экзамен окончен. Теперь — приветственная вечеринка для новеньких. Самое время отфильтровать несколько полезных связей.
Начали с ужина. Ресторан — приличный, с мягким светом, белыми скатертями, винными бокалами, которые тонко звенели при каждом движении.
"Ну и толку?"
Поскольку мог говорить лишь с теми, кто сидел рядом. А рядом — ни одного нужного человека. Ладно, хоть еда хороша. На тарелке лежал сочный стейк из баранины. Отрезал кусок, прожевал — и едва не застонал от удовольствия. Как же скучал по плотной текстуре, по этому ощущению силы в каждом волокне мяса. Пережёвывать еду — привилегия, которую ценишь, лишь потеряв её.
Когда все наелись, старший улыбнулся:
— Ну что, господа, двигаем дальше?
Следующей остановкой стал лаунж-бар. Там было уютнее, чем в клубе: мягкие диваны, полумрак, глухие басы фоном. И всё же мои уши, как всегда, улавливали каждый шорох, каждый разговор.
Бум-бум-бум!
Бас грохотал так, будто кто-то долбил кулаками прямо в барабанные перепонки. Казалось, пол вибрировал от низких частот, а гулкий ритм отдавался в груди, словно предвещал битву.
Мимоходом взглянул на часы. Девять вечера. До прихода старших — ещё целый час. Они появятся только к десяти, а пока… нужно просканировать зал и выцепить хоть какие-то стоящие связи среди ровесников.
"Хм… никто не бросается в глаза".
В прошлой жизни не слишком заморачивался на дружбе с коллегами. Все силы уходили на то, чтобы впечатлить начальство. А потом — резкий переход в хедж-фонд, и связи внутри Голдмана растворились, как дым. В этот раз не собираюсь повторять ту ошибку.
— Одно нефильтрованное пиво, — сказал бармену.
Глоток. Освежающая горечь пронзила горло, газировка слегка защекотала нос. Я прижал смартфон к уху и, делая вид, что говорю по важному делу, двинулся по залу. Даже лицо сделал соответствующее: сосредоточенное, чуть напряжённое, будто вот-вот решу судьбу миллиардов.
"Сначала разведка. Потом атака".
Уолл-стрит — это джунгли. Здесь свои хищники и падальщики, травоядные и паразиты. Без информации ходить по этой саванне — чистое самоубийство. Нужно вычислить самых перспективных игроков и зайти к ним с правильной стороны.
— Чувак, этот экзамен был убийственным! — доносится откуда-то слева.
— Я три часа как приклеенный сидел!
— И зачем нам всё это вообще знать?..
В углу на мягких диванах сидит группа ребят, оживлённо переговариваются. Торговцы, ясно сразу. Они не стремятся знакомиться, просто переваривают стресс.
"Окей, к ним пока не лезу. Симпатичные ребята, но, если начну слишком напирать — будут косо смотреть".
Плавно ухожу дальше, скользя между людей, как по волнам.
— Вы из штаба, да? Я Джефферсон.
— Харви, приятно познакомиться.
Рукопожатия, улыбки, чоканье бокалами. Никто не тушуется: здесь важно не терять времени даром. Сеть контактов на Уолл-стрит — как система кровеносных сосудов. Остановился — и бизнес умирает.
— Откуда ты?
— Кембридж.
— Гарвард?
— Ага, а ты?
— Пенсильвания.
И так по кругу: имена, фамилии, университеты. Всё чинно, без лишней драмы. Никого не удивляют громкие названия — Лига плюща здесь почти норма. Более восьмидесяти процентов новобранцев «Голдмана» вышли оттуда.
"Так, этого парня вычёркиваем".
Иногда встречаются типы, которые сияют от гордости, стоит им произнести: "Гарвард". Для них диплом — вершина карьеры. А значит, в остальном у них вряд ли есть что-то выдающееся.
— Мой брат тоже из Гарварда. Ты его знаешь? Брэд, специализация — прикладная экономика.
— Ха-ха, в Гарварде Брэдов больше, чем Starbucks на Манхэттене! В каком братстве он был?
Вот это уже другой уровень. Они не хвастаются дипломами — они проверяют пересечение связей. Настоящая игра: не просто знакомство, а укрепление цепочек влияния.
Круг сделан, первичный отбор проведён. Следующий шаг….
"Теперь — аристократы".
На Уолл-стрит своя феодальная система. Те же три сословия, что в Средневековье: дворяне, духовенство и простой люд. Только названия слегка обновились. Здесь это:
Фронт-офис, мидл-офис и бэк-офис.
Что самое важное на Уолл-стрит?
Деньги.
