"Интересно бы знать, с помощью какой такой приманки этот маг собирается отыскивать василиска, чей взгляд немедленно превращает человека в камень", – саркастически подумал Денис. – "Ведь если верить магическим книгам, эта смертельно опасная тварь селится в диких пещерах и безлюдных подземельях. Но при этом всегда спит и видит, как бы все вокруг себя превратить в пустыню – выжженную, ядовитую, смертоносную..."
– Нет, – покачал головой Антон. – Я хотел спросить: зачем их вообще разыскивать? Всех этих тварей?
– То есть? – теперь мастер Игнациус смотрел на Антона, не мигая, как старая мудрая змея. И очковая к тому ж.
– И мандрагора, и василиски, и баньши... и все другие, про которых вы сегодня говорили, господин учитель, очень опасны. Правильно? И как я понял из ваших объяснений, в первую очередь, для человека. Зачем же нам их отыскивать? Лучше уж пусть держатся от нас подальше. И мы в свою очередь – тоже, – пожал плечами Антон. И чуть склонил голову, ожидая ответа.
– Хм... Ваша осторожность, разумеется, похвальна, юноша, – одобрительно кивнул преподаватель Магисториума. – Но, видите ли, в чем дело! Большинство этих, безусловно, опасных и смертоносных тварей представляют большой, прямо-таки огромный интерес.
– Для кого? – равнодушно спросил Антон.
Фриц радостно взвыл и заклохтал с присвистом, после чего громко защелкал губами, точно старый попугай клювом. Его соседи вновь немедленно ухватились за животики.
– Для волшебников, – тихо сказал преподаватель. – Вы же собираетесь избрать эту профессию, если я не ошибаюсь?
– Возможно. Я пока еще не решил, – пожал плечами лицеист.
Лицо высокого декана Игнациуса стало еще серьезнее. Острые, холодные глаза из-под золоченой оправы прозрачных очков внимательно изучали мальчика. Так что Денису даже показалось, что в оправу вставлены простые стекла. Столь пристален был взгляд северного чародея, устремленный на лицеиста.
– А зачем волшебнику такие существа? – вновь спросил Антон. – Ведь они всегда несут в себе большую опасность. Следовательно, в них заключено зло. Как я понимаю, прямо-таки огромное!
Было непонятно, спрашивает сейчас Антон чародея-норда или же просто рассуждает вслух, констатируя факт.
Аудитория разом притихла. Заметно угомонился даже капризный Фриц.
– Разумеется, – после некоторой паузы подтвердил мастер Игнациус. – Но вы ведь помните, юноша, что эмблемой медиков издавна считается змея. Ядовитая змея, – со значением добавил он.
– Помню. Но только если мы говорим о такой твари, как василиск, это ничего не меняет, – произнес Антон, и в зале воцарилась уже просто мертвая тишина.
Денис с Максом лукаво переглянулись и украдкой пожали друг други руки под столом.
– Яд нужен змее, чтобы защищаться и добывать пропитание, – рассуждал далее Антон. – А василиску – чтобы сеять зло. Прошу прощения, мастер Игнациус, но вы ведь сами полчаса назад так сказали.
Волшебник кивнул, не говоря ни слова.
– Зачем же тогда
– Ах, вот вы о чем... – медленно произнес декан Игнациус. – Что ж, замечу и даже соглашусь, что в принципе, вы правы. Хотя в магической практике в некоторых подобных случаях бывают исключения. Когда приходится делать добро из зла.
– Зачем? – меланхолично повторил Антон. И на этот раз ответом ему было напряженное молчание аудитории. Даже Фриц смотрел во все глаза, но не на него, а на мастера Игнациуса.
Денис с Максимом тоже затаили дух.
Сколько они были знакомы, на их памяти Антон никогда еще не говорил одновременно столько слов! Зато теперь он вновь подтверждал старую истину: нарушая свою привычку вечно отмалчиваться, Антон, как правило, всегда говорил что-то неожиданное и веское. И его суждение уводило разговор совсем в другую и зачастую гораздо более интересную сторону дела.
– За неимением лучшего, коллега... – кивнул чародей.
Антон молча смотрел на декана. Видно было, что логика волшебника Игнациуса его пока вовсе не убедила.
– Что же до поиска этих, как вы совершенно справедливо выразились,
Чародей окинул бурлящую аудиторию цепким, придирчивым взглядом и удовлетворенно кивнул, когда в одном из первых рядов поднялась рука. Это был давешний светловолосый, высоколобый парень.
– Извольте, господин Людвиг! Объясните нашим гостям, почему мы сегодня посвятили поиску опасных тварей и его магическим формам целое занятие. А все остальные вас послушают и, если надо, дополнят.
Легкая гримаса скривила уголки рта Людвига. Он явно был уверен в себе и отнюдь не нуждался ни в чьих дополнениях.
Аудитория вновь заинтересованно стихла.
