Дерек Джармен полностью

Видеоряд в «Блю» совершенно абстрактный, основанный на International Klein Blue — «международном синем» Кляйна. Таким образом, успех или неудача фильма должны были стать результатом его сочетания с очень насыщенной и неабстрактной звуковой дорожкой, основанной на состоянии смертельной болезни. После завершения он был провозглашен своим создателем «первым полнометражным фильмом, который охватывает интеллектуальный императив абстракции; он печальный, смешной и грустный; фильм подходит к границам известного мира ‹…› Фильм посвящен HB и всем истинным любовникам» (2 марта 1993 года)[252]. Этот фильм — вызывающий дрожь плач о поколении, сраженном СПИДом, а также выражение нелегких мыслей человека, который сталкивается с постоянной необходимостью лечения и которого ждет скорая смерть. Кроме того, тоска фильма сосредоточена на том чувстве цвета, который рассматривается по выражению Ива Кляйна, как цвет «универсальной любви, в которой купается Человек»[253]. С 1993 года «Блю» стал фильмом, который был принят лучше, чем все остальные фильмы Дерека. Он заслужил овации на кинофестивалях в Эдинбурге и Венеции и стал бесспорным кандидатом на получение первого приза Райнера-Вернера Фассбиндера за «необычайный художественный труд»[254] в Германии в сентябре 1993 года. Полученные призовые деньги освободили Дерека от финансовых волнений: теперь он не должен был беспокоиться о том, как, будучи не в состоянии работать, он сможет заплатить за последние пять месяцев смертельной болезни.

Поскольку я хотел бы утверждать, что весь саундтрек «Блю» (включая звуковые эффекты и кажущиеся прозаическими отрывки) суммарно является поэмой, нам нужно на этом этапе оглянуться назад, чтобы лучше поместить это утверждение в контекст. Я хотел бы заявить, что в центре творческой деятельности Дерека всегда лежала поэзия. Но как это доказать?

Некоторые стихи, вошедшие в сборник стихотворений Дерека, «Палец во рту у рыбы» (1972) датируются, судя по их названиям, 1964 годом. В середине 1970-х Дерек написал сценарий «Джона Ди», некоторые стихотворения из которого вошли в елизаветинские эпизоды «Юбилея» (1978). В работе над «Бурей», «Разговором с ангелами» и «Эдуардом II» он обращался к чужой поэзии и показал необыкновенное мастерство в нарезке стихотворных текстов поп-песен для видеоряда в музыкальных клипах; и нечто подобное он сделал с классической музыкой в сегменте для «Арии». Начиная с «Дэнсинг Ледж» (1984) все его прозаические воспоминания включают стихи, в том числе и последний дневник, «Улыбаясь в замедленном движении», опустошающая медитация о жизни со СПИДом, «как тикают часы». Я уже утверждал, что слова в черной серии картин могут быть связаны в вербально-пространственную поверхность и контекстную чувствительность графической поэзии. В записных книжках для фильма «Прощание с Англией» Дерек собственноручно пометил закадровый текст как «поэзию» и в «Улыбаясь в замедленном движении» он говорит о фильме «Сад», что в нем «есть стихотворения, поэтический нарратив»[255]. В книге «На рожон» он объяснил фильм «Прощание с Англией» похожими терминами: «[фильм] работает с изображением и звуком, на языке, который ближе к поэзии, чем к прозе» (с. 185–187)[256]. В интервью Симону Филду Дерек утверждал, что «„Разговор с ангелами“ — это не нарратив, это поэзия».

Эти утверждения можно рассмотреть, взяв в качестве примера закадровый отрывок «Император Хирохито» из «Прощания с Англией». Он начинается словами: The sad old emperor bent beneath his black top hat smiles In the deathly sunlit silence[257]. Немедленно мы замечаем тонкую музыку, вызванную аллитерацией ‘s’ (семь раз) и ‘b’ (три раза) и ассонанс из ‘а’ (sad, black, hat) и ‘i’ (smiles, silence). Эти схемы позволяют подчеркнуть образность, меланхоличную и зловещую одновременно. Закадровый текст продолжается восьмисложным стихом:

И во всем этом отрывке мы слышим печальный музыкальный напев на основе повторения подобных гласных звуков в словах lady, next, says, there, there, empress, playing, way, when.

Без особого труда можно найти и еще один пример: