Две подхалимщицы разом закивали головами, как болванчики, словно подтверждая слова. Я была потрясена такой наглой лжи. А какая фантазия!
Девица с подсолнухом на миг повернулась ко мне, и я увидела на её лице злорадную ухмылку.
Один из парней подошёл и резко вырвал мою руку, освободив от захвата.
— Жанна, ты уже совсем с катушек слетела? — выпалил он, глядя на неё. — Мозги вообще набекрень пошли из-за Истукана?
Я посмотрела на свою руку — она была красной а на запястье виднелся след в виде пальцев.
— Знаешь, что, — встала в позу девица, поставив одну руку в бок, а вторую подняв вверх, вместе с указательным пальцем. — Ты со мной так…
— Да не пошла бы ты? Указывать ты кому-нибудь другому будешь! — перебил парень, ударил по руке с пальцем, направленным на него и развернулся к Тимофеевне. — Ничего Кира не воровала, это Жанна ей подсунула мотки. Только вот не подумала, что мы тут тоже были и всё прекрасно видели.
Он открыл сумочку и, достав пряжу, бросил её на полку.
Тут же подошёл и второй парень.
— Знал, что ты на гадости способна, — сказал он, обращаясь к девице. — Но не думал, что до такой степени!
Жанна была пунцовой от ярости.
— Я тебе ещё устрою, — злобно прошипела она, резко развернулась, хлестнув длинной косой подошедшего парня и подойдя к прилавку, забрала сложенный шарф. — Упаковывать уже не нужно, спасибо. Девочки, пойдёмте.
Вся троица вышла из ателье, громко хлопнув дверью и задрав подбородки. Парень, стоящий рядом со мной, проводил их взглядом и повернулся ко мне.
— Сама Кира Брик, — улыбнулся он и достал из кармана джинсов помятый блокнот и ручку. — Автограф дашь?
— И мне, — тут же отозвался второй.
— Да, дам, — ответила я. — Спасибо, что помогли.
Расписавшись на двух листках, я чмокнула в щёку одного и второго в знак благодарности.
— Ого, — переглянулись они, не веря своему счастью и стали трогать это место ладонью. — Спасибо.
Я лишь улыбнулась. Пыталась это сделать как можно искренне, но моё настроение было полностью испорчено.
Оставаться в ателье мне больше не хотелось, поэтому, выбрав наспех два приглянувшихся клубка с яркими цветами, я подошла к прилавку.
Тимофеевна ничего не сказала, молча дала сдачу и положила пряжу в бумажный пакет.
— Спасибо, — поблагодарила я сухо.
И уже собралась уходить, но развернулась и напоследок сказала:
— А от вас, Тимофеевна, я такого уж совсем не ожидала. Как вам не стыдно?
Выйдя из ателье и подойдя к велосипеду, я увидела, что он не стоит, аккуратно прислонённый к стене, как я оставляла… А валяется на земле и одно его колесо старательно погнуто.
Я еле сдержалась, чтобы не заплакать от обиды.
Я ехала обратно заметно медленнее. Колесо кое-как удалось выровнять, благо помогли парни из ателье… Но всё равно меня изрядно потряхивало и велосипед то и дело намеревался внезапно свернуть в какую-либо сторону.
Приходилось терпеть и ехать дальше, потому что если идти пешком, я добралась бы до дома только к ночи. И так уже стало темнеть и редкие огоньки звёзд начали вспыхивать на фиолетовом небе.
Закаты тут были потрясающе красивыми, не то, что в городе… Яркие цвета, совершенно невероятные оттенки. Это действительно нужно было видеть, чтобы испытать приятные эмоции от созерцания.
Но даже красиво садящееся солнце меня теперь не впечатляло. Настроение было испорчено, я была зла и обижена. И хорошо, что рядом парни оказались… Но реакция Тимофеевны вообще выбила меня из колеи. Я, в конце концов, звезда. И что, пришла в деревенское ателье украсть пряжу? Это просто-таки было смешно и несуразно. Как в это можно было поверить? Как поверить этой Жанне, по которой сразу видно, что она та ещё штучка?
К горлу ком подступил. Я даже не думала уже о том, что было бы, если я оказалась одна и не было бы рядом парней. Размышлять — только окончательно себя нервировать.
Этим летом постоянно происходили какие-то приключения и отнюдь не радостные. Ну что мне теперь, сидеть дома и не высовываться из-за этого?
Если бы не Истукан, не было бы никаких проблем! Ведь все происшествия случаются только из-за него. Всегда прямо или косвенно виноват он.
Не успела я об этом подумать, подъезжая уже к деревне, как увидела самого Кикиморова, катающегося на велосипеде.
Я слезла и пошла пешком — трястись уже надоело и меня даже немножко пошатывало, когда я встала на землю. Теперь можно было спокойно пройти пешком до конца деревни. Жаль только, что мобильный не взяла… Да и не ловил он в этих местах. Иначе бы я бабушку предупредила, что задерживаюсь. Наверняка переживает за меня, где я.
Пройти мимо Истукана никак не получалось, поэтому, стиснув зубы и демонстративно не обращая никакого внимания на него, я пошла по дороге. Всё равно тут скрыться было некуда. Не через лес же в обход идти.
Увидев меня, деревенский болван тут же подкатил.
— Красавица, а чего ты такая грустная? — задорно спросил он и взглянул на согнутое колесо. — И что с велосипедом?
Ветер донёс до меня стойкий сладкий аромат парфюма — побрызгался парень щедро, от души.
— У своих дебильных поклонниц спроси, — рявкнула я.
