-- Сказывают: когда еще шинки были... шинкарка у них проживала... ве-е-селая женщина. Все село за ней бегало. Чистая беда, сказывают. Потом уж женщины настояли, чтобы шинок, тот закрыли и ее выслали... разорила. А была фамелия той шинкарки: Блоха!
Староста засмеялся.
-- Вот с тех пор и пошло: блоху целовали!
-- Только и всего?
-- А чего же еще?
О. Андроник воздел руки,
-- И из-за этого-то вы, озорники, -- загремел он, -- дрались целыми поколениями? Друг друга калечили? Убивали! Принудили даже меня, священника и пастыря, в бой вступить, яко Самсон древле! Как у вас стыдом глаза не застило? Да нет... я и слов на вас тратить не хочу! Я вас Христом помирю! Если же вы и Христа не послушаете... да будет вам, яко... язычниками!
Он повернулся к старосте и деду:
-- Целуйте крест.
Те поцеловали.
-- Обнимитесь!
Те посмотрели друг на друга, замялись.
Молча обнялись.
Тогда о. Андроник стал, мановением пальца, вызывать по одному из толпы зимогорцев и каратаевцев, заставлял их целовать крест и обниматься, пока не смешались обе толпы.
...С тех пор водворился вечный мир между селами...
----------------------------------------------------
