Рейхсфюреру СС Генриху Гиммлеру.
Совершенно секретно!
По делу о диверсионной группе из Данцига на данный момент имею доложить следующее:
1. В результате розыскных мероприятий группа, подходящая под описание, была локализована вчера в районе Роминтер Хайде. При попытке задержания силами местной организации предполагаемые диверсанты оказали вооруженное сопротивление и сумели скрыться.
2. Сегодня в 01.20 пограничной охраной на Виштинерзее зафиксирована попытка нелегального перехода нашей границы с Литвой, каковая была пресечена литовскими пограничниками, открывшими по нарушителям огонь. Согласно надежным источникам информации в Литве, никто из группы на сопредельную территорию не перешел.
3. По моему указанию моторизованные и кавалерийские подразделения осуществляют непрерывное патрулирование по периметру квадрата, в котором с большой вероятностью находится в настоящий момент разыскиваемая группа. Таким образом, ее можно считать надежно блокированной.
Исходя из вышеизложенного, а также из установки на захват, а не уничтожение этой в высшей степени профессиональной группы, во избежание лишних потерь личного состава прошу подкрепления из Вашего резерва, поскольку в моем распоряжении нет подготовленных подразделений особого назначения.
Хайль Гитлер!
Командир оберабшнитте СС «Норд-Ост», группенфюрер Вильгельм Редиес
07.00
2 сентября 1939 года.
Командиру оберабшнитте СС «Норд-Ост», группенфюреру Вильгельму Редиесу.
Совершенно секретно!
Спецгруппа парашютистов-егерей вылетит из Берлина в 11.00.
В целях экономии времени личный состав десантируется в непосредственной близости к месту операции.
В вашу задачу входит подготовка посадочной площадки и оказание всяческого содействия вышеозначенной группе.
Хайль Гитлер!
Рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер
08.25
2 сентября 1939 года.
— Неслыханная халатность! Если б не случайное вмешательство литовцев, мы бы их упустили! — Гиммлер рывком поднялся из кресла и подошел к окну. — Сидите, Рудольф! — остановил он собеседника в штатском, обозначившего намерение встать.
Тот качнулся обратно и, едва коснувшись спинки стула, произнес расслабленным голосом:
— Когда случайности работают на нас, рейхсфюрер, они называются иначе и подтверждают правильность нашего пути.
— Ах, Рудольф, ваш истинно нордический фатализм меня восхищает и пугает одновременно! Возьмите сигару! Сам я курю редко, но люблю этот запах. Хотя пассивное курение тоже вредно…
— Благодарю вас, рейхсфюрер, но предпочту воздержаться.
— Воздержанность — это величайшая добродетель! Я и сам не могу пожаловаться на отсутствие выдержки, но сейчас просто не нахожу себе места от вынужденного бездействия! Восемнадцать тысяч моих солдат в это самое время идут в атаку, а меня лишили возможности быть с ними рядом! Это невыносимо!
— Но мудро, рейхсфюрер. Полководцев у нас более чем достаточно, а вот вас заменить будет некем.
— Да-да, вы как всегда правы. — Гиммлер вернулся за стол. — Идеологию нельзя доверять этой обезьянке фюрера. Вы же знаете, моя святая миссия — создать для Рейха чистую, беспримесную древнюю религию!
— Вос, рейхсфюрер.
— Что?
— Вы хотели сказать: воссоздать!
