– Если мы захватим форт, миноносец нам не помеха. Мы должны захватить форт – это самое главное. И тогда остальная часть операции пройдет как по маслу. – Моци повернулся к Абу и, подняв левую руку, растопырил пальцы. – Ты понимаешь, Абу, как важно, чтобы все были на своих местах? Включая часового у входа в башню. – И он принялся по очереди загибать пальцы. – Губернатор, адъютант и майор Ричмонд в своих комнатах. Часовой на воротах. Сержант в своей комнате рядом с кухней. Остальные в казарме.
– Точно так, полковник.
– Где спит повар? Вместе с остальными?
– Нет, полковник. У него своя комната рядом со спальней сержанта.
– Если ты что-то напутал и кто-нибудь окажется в другом месте, наш план может провалиться.
– Нет, полковник. Я не напутал.
В наступивших сумерках у окна маячила темная фигура Хадида. Полковник Моци и Абу, казалось, не замечали его. И словно желая напомнить о себе и тоже получить роль в этой сцене, зная при этом, что в будущем его ждет куда более серьезная роль в гораздо более колоритной сцене, он сказал:
– А вы уверены, что миноносец и вправду ничего нам не сделает?
Не поворачиваясь к нему, полковник Моци ответил:
– «Ничего» – это не совсем то слово, Хадид. Я просто уверен в этом. Я столько раз объяснял тебе насчет миноносца, и ты продолжаешь задавать этот вопрос.
– Два снаряда из его орудий могут разнести здесь все.
– Снарядов не будет.
Хадид открыл рот, собираясь еще что-то сказать, но Абу предостерегающе поднял руку и прильнул к дверной щели. Через мгновение он расслабился и медленно открыл дверь.
На пороге стояла Мэрион.
Абу посторонился, чтобы впустить ее, и снова притворил дверь, оставив небольшую щелку. Мэрион посмотрела на Моци, потом перевела взгляд на Хадида: она и без слов понимала, что они сейчас обсуждали. И все же вопросительно еще раз взглянула на Моци:
– Все произойдет завтра ночью?
– Да, перед рассветом.
– От меня что-нибудь нужно?
– Ничего. Просто оставайтесь в своей комнате и ждите.
– Ничего?… Итак, стало быть, нет никакой надобности посвящать меня в подробности?
Моци улыбнулся и развел руками. Сейчас он напоминал ей тощую птицу, расправившую крылья, чтобы почистить перья.
– – Ничего, – повторил он. – Через несколько часов Миетус выйдет на связь, а мне еще нужно кое-что обдумать и принять окончательное решение, чтобы сообщить потом ему. А что бы вам еще хотелось узнать, кроме того, что скоро вы станете свободны?
Мэрион молчала. Она прекрасно понимала, что с тех пор, как сообщила им о своем намерении покинуть их при первой же представившейся возможности, она больше не может рассчитывать на их доверие.
– Здесь прольется кровь. Я понимаю, что это неизбежно, и знаю, что кто-то должен будет погибнуть.
– Да, кто-то должен погибнуть, – эхом отозвался Моци.
– И вам конкретно известно кто?
Моци покачал головой:
– Сами посудите, как может быть что-то известно заранее?
Кто хуже обращается с оружием, тот и погибнет. Я могу обещать только одно: неоправданных жертв не будет.
– А губернатор?
– Он поедет с нами в Кирению. Англичане же не захотят его смерти. Стало быть, нам незачем убивать его. Он будет нашим оружием и нашим щитом. Он останется жив и когда-нибудь напишет мемуары, в которых расскажет, как был в плену у полковника Моци, и будет совершенно искренне считать, что лучше всех разбирается в киренийском вопросе.
Моци редко отпускал шуточки и теперь повернулся к своим собеседникам, поочередно глядя на каждого и демонстрируя удовольствие, испытанное от собственной удачной остроты. Но, глядя на Хадида, он подумал: "Он даже не заметил, что я сказал «в плену у полковника Моци», вместо того чтобы сказать «в плену у Хадида Шебира». Потом, повернувшись к Абу и заглянув в потемневшие серые глаза, он подумал, что Абу, вероятно, единственный, кто заметил эту замену имен.
– А майор Ричмонд? – спросила Мэрион, стараясь придать голосу как можно больше небрежности. Еще сидя в своей комнате и думая о майоре, она не осознавала, что ее интерес к этому человеку возник сначала благодаря его фигуре. Но теперь, поняв, что именно беспокойство о нем привело ее сюда, она боялась, как бы кто-нибудь из присутствующих не заподозрил, что для нее он не просто один из безымянных солдат форта.
– Да какая разница, кто умрет? О чем мы вообще толкуем? – возмутился Хадид.
– Сейчас нам важнее всего бежать отсюда и вернуться в Кирению, – уверенно поддержал его Моци. – И мы должны предусмотреть все. Майор Ричмонд, – он сделал шаг к Мэрион и провел рукой по своим волосам, – будет сопровождать нас до Ардино. И пока мы на острове, он, как и губернатор, будет нашим заложником…
