Где же тело? Я резко вскочила и подбежала к окну. Кузов грузовика медленно удалялся вниз по склону.
А истерзанное тело девочки так и осталось висеть на дереве.
Ночью у меня начался жар, и, обессилев, я наконец уснула. Во сне я, наверное, бормотала, но совсем не помню о чем.
Лихорадка не проходила до понедельника. Врач заключил, что я, вероятнее всего, переутомилась. Лежа в постели с высокой температурой, я думала лишь о том, как скоро умру. Проснувшись, я первым делом хотела написать предсмертную записку для родителей и даже продумала ее содержание.
В понедельник вечером, когда жар наконец спал и я смогла подняться на ноги, я с трепетом подошла к окну.
Я полагала, что тело уже обнаружили и все в городе взбудоражены, но до сих пор не слышала никаких разговоров. Я не могла сдержать любопытства. Так оно и было. Тело девочки все еще висело на дереве.
Широкие ветви камфорного лавра были покрыты темными толстыми листьями, даже днем не пропускающими солнечный свет. Все, что скрывалось в кроне дерева, было практически невозможно разглядеть, стоя внизу. Но все же мне казалось странным, что до сих пор никто не обнаружил тело.
В понедельник поднялся ветер. Грузовик зеленщика снова приехал к камфорному лавру на склон холма. Он всегда приезжал по понедельникам, средам и субботам.
В тот вечер истерзанное тело девочки наконец нашли. Ниже я приведу описание событий от лица человека, который его обнаружил. Я позже беседовала с ним и, принимая во внимание особенности того периода времени, записала следующее…
(пропущено)
Я думаю, что все уже позади, но странно, действительно странно, что полицейские меня ни о чем не расспрашивали.
Ходили слухи, что это было делом рук сумасшедшего извращенного убийцы детей, который бродил по городу, так что я точно была вне подозрений. Война на Тихом океане началась почти сразу после случившегося, и полиция быстро завершила расследование.
С того момента моя жизнь сильно изменилась. С началом войны мы вместе с родителями покинули нашу квартиру в Кураями-дзака и эвакуировались в Синсю[107], но вскоре отец, приехав в Токио по работе, погиб во время авианалета.
Моя мать тоже умерла после непродолжительной болезни в городе Мацумото, куда ее сестра переехала после замужества. Я осталась совсем одна. Я должна была получить наследство, но меня лишили всего – родственники отца буквально обокрали меня. Кроме той одежды, что была на мне, у меня не осталось абсолютно ничего! Я часто думала, что это – воздаяние за случившееся.
