Вскоре, после того как он начал принимать хурак, его физические показатели стали расти буквально не по дням, а по часам. Стремительно развивались и другие его так же одураченные товарищи. Среди молодежи началось безумие – вскоре кто-то попробовал применять по две наклейки за день, потом по две сразу и одну на ночь.
– Какая хитрая отрава, – отметил Дэрриан.
Унитио и отец Диика когда-то были друзьями. Теперь же, употребляя хурак, успешный спортсмен стал заносчивым, называл своего друга слабаком и неудачником.
Отец Диика понимая, что все это говорит не его друг детства, а зелье, которое тот принимает, сдерживался, выслушивая обидные слова. Он по-настоящему переживал за Унитио, до последнего делал попытки вернуть его к нормальной жизни, неустанно старался подобрать слова, чтобы объяснить ему, насколько сильно тот изменился в худшую сторону – стал грубым и самовлюбленным.
– Посмотри, – говорил он Унитио, – ты перессорился со всей родней, с друзьями. Вокруг тебя теперь только твои покупатели, которые готовы тебе пятки лизать ради маленькой скидочки, а ты еще и потешаешься на ними.
– Я даю им счастье, а они поклоняются мне, – высокомерно ухмыляясь отвечал ему Унитио.
– Скажи, – опять перебил Диика Дэрриан, – а вот то, что у Унитио очень быстро прибавилась сила – это у всех так происходит?
– Не совсем: у тех, кто занимается спортом – да.
– А остальные?
– Другие сильно толстеют, у них начинает безобразно выпирать живот и по бокам свисать складками жир. Только их это не волнует – под действием хурака они видят себя красавцами, а когда оно заканчивается, думают только о том, где бы взять еще. Сейчас большинство тех, кто его употребляет, только ради этого и работают, почти половина моих ровесников даже не помышляют о том, чтобы завести семью. Детей кормить надо, а тут на себя еле хватает.
– А какие дети рождаются у хуракистов? – Дэрриан, задавая этот вопрос, предполагал не утешающий ответ.
Такой и последовал. В семьях, где хоть один из родителей принимал хурак, детишки стали рождаться слабые – их приходилось с трудом выхаживать. Некоторые, подрастая, отличались заметным слабоумием.
Ответив на вопрос о детях, Диик вернулся к рассказу об Унитио.
Через некоторое время отец Диика, к тому времени он сам уже стал отцом, стал обращать внимание на то, что Унитио как-то очень сильно стал меняться. Было такое впечатление, будто время, для него, едва ли не втрое ускорилось.
– Посмотри, – однажды сказал он своему другу, мы ровесники, а выглядишь ты на много старше.
– Это от того, что я спортсмен! – заявил тот, – Я ведь, при этом, и вдвое крупней тебя!
– Но седина в волосах! – не унимался отец Диика, – а твои морщины?! У других спортсменов, которые не принимают хурак, такого нет.
– Они неудачники! – кичился Унитио, – их организм, как и твой, не принимает силу хурака! Им не повезло. Этим несчастным суждено навсегда остаться слабаками и нищими, в то время как я богат и знаменит. Столько наград, как у меня, нет ни у кого!
Унитио на самом деле оказался удачлив – он, будучи одним из первых торговцев хураком, успел собрать для себя большую базу покупателей, к которой не позволял никому приблизиться, отстаивая свои интересы кулаками. Зарабатывая много денег, он красиво и богато одевался, питался только в дорогих заведениях хотминциносов. Жил Унитио в огромном хамане, с бассейном во дворе. Держал прислугу из нескольких ингенуитов. Возле ворот этот спортсмен лихо парковал личный роскошный автомобиль.
Повезло ему и с организмом – в то время, когда Унитио еще был крепок и силен, многие из тех, с кем он начинал, превратились в дряхлых стариков, а кое-кто уже и вовсе умер.
В тот день, когда произошло несчастье, отец Диика для того, чтобы побеседовать наедине, позвал друга прогуляться вдоль отдаленного каньона.
– Да что ты мне всю дорогу жить мешаешь! – возмутился Унитио на очередную пламенную речь друга, – Отстань уже от меня! Можешь сколько угодно влачить свое пустое существование, а мне позволь делать то, что я хочу!
Раскричавшись в сердцах, Унитио вскинул перед собой руки и, случайно, толкнул собеседника. Тот не смог удержать равновесие и с криком рухнул в пропасть.
В тот ужасный день Унитио не признался в роковой случайности – сказал, что бедолага сам оступился, а он не успел подхватить друга за руку.
Впрочем, Унитио не унес эту тайну в могилу.
Вскоре после случайного убийства друга, Унитио стал замечать, что его организм начал понемногу сдавать. Да, он еще какое-то время удерживал титул чемпиона на соревнованиях по аккуррэ, но давалось ему это все трудней. Со временем вовсе пришлось прибегать к разным ухищрениям и ужасным поступкам, чтобы еще немного продержаться, но время неумолимо приближало тот день, когда хурак преждевременно забрал некогда непобедимого чемпиона.
