Де Ман разместил всех приглашенных в прекрасном отеле в старом городе, но из-за недостатка мест Жаку и мне пришлось поселиться в одной комнате с двумя кроватями… Когда мы выключили свет, мой сосед заметил, что забыл свою пижаму, но, к счастью, не портативную печатную машинку. Поскольку одно восполняет другое, он спросил меня, не помешает ли мне шум от его работы. Я поспешил успокоить его, и большую часть ночи он провел… печатая на машинке. Думаю, это был доклад для следующей конференции, выступление, содержание которого я мог бы, будь у меня более тонкий и, главное, более натренированный слух, понять по звучанию клавиш его клавиатуры, различающихся своими акустическими качествами[462].
Можно с уверенностью предположить, что страницы, печатаемые Деррида в такой спешке, – это лекция «Различение», с которой он выступит на следующий день, в субботу 27 января, в 16 часов 30 минут в амфитеатре Мишле в Сорбонне. Его впервые пригласили представить свою работу Французскому философскому обществу – довольно грозному собранию, в котором, к сожалению, отсутствовали два союзника – Эммануэль Левинас и Морис де Гандийак, задержавшиеся на защите диссертации.
Начало этого текста впоследствии станет знаменитым:
Стало быть, я буду говорить о букве.
О первой, если уж верить алфавиту и большинству спекуляций, которые рискнули в него впутаться.
Итак, я буду говорить о букве «
Следовательно, я напоминаю, просто в качестве предварительного замечания, что это скромное графическое вмешательство, которое первоначально осуществляется вовсе не для того, чтобы шокировать читателя или грамматика, было просчитано в письменном процессе по вопросу о деле письма. И оказывается, я бы сказал – на деле, что это графическое различие («
