Нельзя не учитывать и текущие события. Более шести лет прошло с мая 1968 года, и повсюду чувствуется, что университетский аппарат снова попал в руки консерваторов. Сигналом к организации того, что вскоре получит название GREPH, послужил протест против весьма реакционного доклада, опубликованного Комиссией по выдаче свидетельств о специализированной профессиональной подготовке в области философии (CAPES) в марте 1974 «прикрываясь нуждами педагогики», комиссия осудила в нем проявления новых философских тенденций в работах кандидатов, выступая за возвращение к сугубо академическим нормам. Несколько недель спустя около 30 преподавателей и студентов принимают Проект образования группы по исследованиям преподавания философии. И если некоторые из поставленных проблем носят исторический или теоретический характер, другие представляют собой вполне конкретные и порой животрепещущие вопросы о программах экзаменов и конкурсов, форме экзаменов, комиссиях и нормах оценки, найме преподавателей и их профессиональной иерархии, месте, которое отводится научным исследованиям, и т. д[710].

Катализатором станет политический контекст. Жорж Помпиду умирает, находясь на своем посту, 2 апреля 1974 года. 19 мая президентом республики избран Валери Жискар д’Эстен, немного обошедший Франсуа Миттерана, кандидата от Союза левых. Новый министр образования Рене Аби предлагает с марта 1975 года запустить проект глобального реформирования средней школы. Один из пунктов проекта касается философии.

Еще до того, как стали известны детали реформы, Деррида отреагировал статьей на двух страницах в Le Monde de Véducation под названием «Вытесненная философия». Он прямо утверждает, что заявленные меры «затронут преподавание философии глубже, чем преподавание любого другого предмета»:

Обучение в новом выпускном классе полностью организовано по «опциональному» принципу, больше не будет обязательного преподавания философии в единственном классе, в котором она до сих пор изучалась. Ей будет отведено три часа во втором классе лицея: в среднем почти столько же, сколько в тех вариантах выпускных классов, которые получают ее сегодня в наименьшем объеме. Прежде чем анализировать обоснование или цели подобной операции, отметим неопровержимый факт: число часов, отведенных на философию, для всей совокупности учащихся будет резко сокращено. Философия и так является единственным предметом, который загнали в один-единственный класс в конце обучения; она так и останется в этом единственном классе, но часов ей будет отводиться еще меньше. Таким образом, откровенно ускоряется наступление, которое на протяжении последних лет велось осторожно и исподтишка: подчеркнутое отделение науки от философии, активное выборочное направление «лучших» в классы, в которых ей отводится как можно меньше времени, сокращение часов, коэффициентов, преподавательских мест и т. д. Кажется, что на этот раз за реализацию проекта взялись по-настоящему. За три часа невозможно даже попытаться сделать систематическое введение в философию. Как можно в этом сомневаться? Поскольку ученики не будут иметь никакого иного доступа к философии как таковой в течение всего срока своего обучения, кандидатов на специальность «философия» будет все меньше[711].

Перейти на страницу:

Все книги серии Интеллектуальная биография

Похожие книги