Ну, понятно, откуда Светлов — комедию «Бриллиантовая рука» все смотрели. Народ в зале заулыбался, а оконфузившийся докладчик таким же нудным голосом продолжил чтение:
— Олимпийский парк занимает площадь около полутора миллионов квадратных метров. Сюда входят многочисленные спортивные сооружения, Олимпийский музей, Сеульский Олимпийский музей искусств, один из крупнейших в мире садов скульптур, а также крепость Мончхонтхосон и искусственное озеро Мончхонтхэкжа эпохи раннего Пэкче. Три крытых Дворца спорта рассчитаны, соответственно, на 15, 7 и 3,4 тысячи зрителей. Теннисный стадион вмещает 10 тысяч зрителей. Также на территории парка находятся олимпийский велодром и плавательный бассейн. Площадь 17-этажного Олимпийского центра составляет более 17,3 тысяч квадратных метров…
— Скажем спасибо за отлично подготовленную информацию и продолжим наше собрание разбором первых соперников, — попытался взять собрание в свои руки Копцев.
— Это ещё не всё! — невозмутимо проскрипел функционер. — Выход в город только в сопровождении специально обученных людей из делегации! Вы всё равно языка не знаете!
— Костя знает, он же кореец, — невинным голосом подколол я.
— Вот Цзю лучше вообще из номера не выходить, у него предки из Китая, — на всякий случай потребовал чинуша.
Цзю обиженно засопел.
Еле выпроводив докладчика, наконец, приступили к разбору будущих соперников. Начинает 17-го Артемьев. Реально повезло Витьке — ему достался не самый сильный соперник крохотной островной страны. Потом, 18-го, вступает в бой наш «мухач» Скрябин, дальше, 19-го, — Цзю И Яновский, и уже 20-го сентября — я. Всё! В одной тридцать второй больше никому из наших выступать не надо. Остальные парни стартуют с одной шестнадцатой. Несправедливо, но что делать?
— Ну, и главное. По призам. Федерация решила за победу давать шесть тысяч долларов и двенадцать тысяч рублей. И купон на машину. Кстати, к нам обратилась корейская фирма «Дэо», — тренер зачитал название, посмотрев в бумаги на столе. — У них можно будет приобрести со скидкой видеотехнику любую. Они сами в Союз и доставят.
— А какую машину можно? — заинтересовался Яновский.
— Хоть «Волгу»! Если денег не жалко. Цены на машины мне дали тоже.
— Шестерка сколько стоит? — спросил кто-то из зала.
— Шесть тысяч, — опять сверился с бумажкой Копцев.
— В общем, шестёрка — шесть, семёрка — семь… Так, у меня к вам, ребята, ещё один разговор, — прервал Копцева доктор.
Он, всё ещё пугая окружающих побитой мордой, каждому выдал по коробочке, в которой стояли баночки с таблетками. Их следовало принимать по расписанию, указанному там же, на банке. Написано только время приема, а что дают жрать — неясно. Я, прикинув, что вроде не было у нас в эту Олимпиаду допинговых скандалов, бучу затевать не стал и, взяв баночку со своим именем, тут же проглотил таблетки, а, может, и витаминки.
— Коробку и банки потом надо вернуть, — строго добавил кто-то из тренеров.
— Скажите, а на открытии мы будем? — спросил, по-моему, Тарамов.
— Обязательно, но не все. Артемьеву придётся пропустить, ведь у него бой, — ответил старший тренер.
Это и понятно, как советская делегация на открытии будет без боксеров! Хотя знаменосец у нас — борец Карелин. Ну и белые костюмы с гербом СССР зря нам подогнали, что ли?
— Ладно, все свободны, а ты, Штыба, задержись, — отпустили всех, кроме меня.
— Чёго сразу Штыба? — принялся вспоминать свои косяки я.
Оказалось, ещё одно интервью надо дать, причем очень известному в будущем спортивному журналисту Льву Россошику. Тот сильно пытать не стал, лишь поинтересовался моим мнением относительно прогнозов предстоящих результатов советских спортсменов.
— Футболисты станут чемпионами, и баскетболисты, — уверенно пророчествую я.
— Сразу видно, вы в командных видах спорта не сильно разбираетесь, — улыбается журналист. — В баскетболе фавориты Югославы и США, а про футбол и говорить нечего!
— Жаль, нельзя поставить на результат! — прозрачно намекнул я, уставившись на Льва.
А что, чем черт не шутит? Может, предложит сделать ставку. У него свободный выход в город, не как у нас. Россошик — в будущем известный журналист и ни в чем постыдном вроде не замечен, так что я подставы не боялся. Но, видно, боялся Лев — он игнорировал мой намёк, хотя и понял, о чем идет речь. Да и шут с ним!
— Ещё наш знаменосец Карелин станет олимпийским чемпионом, — крикнул я уже в спину журналисту.
— Ещё Земля круглая, — пошутил тот, не оборачиваясь.
Ну да, чего это я? Карелин, хоть и почти мой ровесник, но не в пример именитее. Выиграл в этом году чемпионат Европы, например.
Церемония открытия на следующий день была намечена на десять тридцать местного времени, а проход советской делегации ожидался только через час после открытия. Но подняли нас ни свет ни заря. Витька уехал готовиться к поединку, а мы на местном корейском автобусе на стадион на церемонию открытия.
