Я, в отличие от него, выпила уже пару бокалов вина, и если бы не контактные линзы, то мои глаза уже наверняка блестели бы в полумраке. Но стекляшки — они и есть стекляшки, и, посмотрев на себя в зеркальце, я увидела трезвый и холодный взгляд. Из-за цветных контактных линз глаза лишаются львиной доли своей выразительности. Поэтому, если вы хотите очаровать кого-то, не торопитесь надевать это украшение. Иначе ваш возлюбленный может подумать, что у вас, как минимум, один глаз стеклянный.
Мне приходилось следить за тем, чтобы выглядеть достаточно хмуро, чтобы соответствовать образу обманутой и покинутой. И это, пожалуй, было самое сложное.
Иван наелся, выкурил пару сигарет и теперь не знал, чем себя занять. Говорить нам особенно было не о чем, и он явно заскучал. Можно было бы и отпустить его на все четыре стороны, но одинокая женщина в ресторане вызывает ненужные ассоциации. А на меня и так уже посматривали со всех сторон мужчины в разной степени опьянения. В том числе и начальник Раушенбаха.
И когда негр стал наигрывать очередную красивую мелодию, он не выдержал и пригласил меня на танец. Видимо, он оказался самым смелым. Или самым пьяным.
Честно говоря, именно этого я и ждала, хотя и сделала вид, что покидаю свое место с неохотой.
Пауль и Софья, увидев, что их приятелю удалось подцепить эффектную блондинку, стали жестами выражать свое одобрение.
— Меня зовут Герман, и я приехал из Германии, — сказал мой партнер, как только его руки оказались у меня на лопатках.
Он довольно бегло говорил по-русски, хотя и с сильным акцентом.
— Почему вы такая грустная? — спросил он через минуту. — У вас муж дерется?
Очевидно, это была шутка. И я хихикнула в ответ:
— Не знаю. Мы пока не знакомы.
— Не знакомы? — удивился он. — Что это значит?
— Это значит, что я не замужем, — объяснила я.
— Не замужем? — обрадовался он и обернулся к Ивану. — А что это за хмурый человек сидит за вашим столом?
— Сама удивляюсь.
— Что-что? — не понял он. Видимо, это был для него слишком тонкий юмор.
— Он меня охраняет.
— От кого?
Вопрос показался мне идиотским, и я ответила в том же духе:
— От монгольских шпионов.
Неожиданно он рассмеялся на весь ресторан. И смеялся минуты две, пока слезы не полились у него из глаз. Танцевать он был уже не в состоянии, и мы вынуждены были прервать свой танец.
Негр от неожиданности растерялся и скомкал весь финал композиции.
Герман продолжал держать меня за руку и время от времени пытался что-то сказать, но каждый раз очередной приступ смеха мешал ему это сделать.
Наконец он сумел выдавить из себя членораздельную фразу:
— Можно, я буду защищать вас… — он снова хохотнул, — от монгольских шпионов?
— А вы не боитесь? — улыбнулась я в ответ.
— Я очень смелый, особенно с монгольскими шпионами.
Моя неказистая шутка явно пришлась ему по вкусу. А мне пришлось по вкусу его предложение.
Я пообещала к ним присоединиться и подошла к Ивану. Он совершенно ничего не понимал и смотрел на меня с сомнением.
Я подозвала официанта и рассчиталась за ужин.
После этого я протянула Ивану десять долларов и сказала:
— Большое спасибо, Иван. Вы мне очень помогли.
Он был не против получить десять долларов, но явно не понимал, за что ему платят.
— Вы мне можете понадобиться в любую минуту, — развеяла я его сомнения, и он, пожав плечами, взял деньги.
— Завтра я целый день буду дома, — на прощанье сообщил он.
Я проводила его глазами до дверей и отправилась к своим новым знакомым.
Герман вскочил со своего места и предложил мне сесть.
Пауль и Софья смотрели на меня с улыбками. Видимо, Герман пересказал им мою шутку, и они ждали от меня новых экспромтов.
Герман попытался представить меня своим друзьям и только тут сообразил, что до сих пор не узнал моего имени.
— Анна, — помогла ему я.
— Софа, — протянула мне руку хозяйка процветающего предприятия торговли. — Это Паша, а с Гешей вы уже знакомы. Они противные жадные немцы, но водку пить любят.
— И женщин, — добавил Геша с выражением блаженства на лице.
В это время Пауль, перейдя на родной язык, произнес:
— Мне кажется, это прелестное созданье очень понравилось бы твоей Эльзе.
— Может быть, — тоже по-немецки ответил Герман, — но на всякий случай мы ничего ей не расскажем.
И они заржали, как жеребцы.
— Дураки, — любя, обозвала их Софа, а я сделала вид, что не поняла ни слова. — Ты понимаешь по-немецки? — спросила она.
— Я учила английский.
— Я тоже. Но вижу их насквозь. И по этому поводу я предлагаю выпить.
Пауль на правах хозяина смешал водку с тоником и разлил по бокалам. Вкусы у них с отцом были одинаковые.
— Я предлагаю выпить за Анну, — предложил он, — за нашего нового друга. Пусть у нас будет много друзей. А чем больше у нас друзей, тем меньше врагов.
И я в очередной раз поразилась, как хорошо он говорит по-русски.
Мужчины выпили стоя.
— Шампанского! — крикнул Герман и хлопнул в ладоши.
Официант, как будто ожидал этого весь вечер, в ту же секунду появился с шампанским в мельхиоровом ведерке со льдом. Он хотел открыть его сам, но Герман ему этого не позволил и, громко хлопнув пробкой, залил вином белоснежную скатерть.
