— Ты что, не понял? — прогнусавил второй вооруженный молодой человек, хотя его нос был в полном порядке. — Тебя же предупреждали.
Весь загар Пауля куда-то исчез. Он побледнел и выглядел неважнецки. Софа переводила взгляд с бандитов на своего возлюбленного и ничего не могла понять.
— Что им нужно от тебя, Паша? — спросила она.
— Заткнись, — посоветовал ей безносый. Ситуация была очень любопытной, и мне хотелось услышать продолжение разговора, тем более, что изменить положение я была не в состоянии.
— Давайте поговорим спокойно, — попытался разрядить обстановку Пауль.
— А мы и не беспокоимся, — ухмыльнулся третий молодой человек, хотя по его лицу я бы этого не сказала. Он с тревогой посматривал на меня, как будто ожидая нового удара ниже пояса.
Пауль посмотрел на нас с Софой и поморщился.
— Чтобы ты стал понятливее, — снова заговорил безносый, — придется тебя наказать.
Он повернулся к Софе и процедил сквозь зубы:
— Раздевайся.
— О господи! — непроизвольно вырвалось у той.
— А эту суку, — он показал на меня, — мы все-таки замочим.
Судя по всему, он не шутил. И я мучительно соображала, что я могу предпринять. Остаться в живых у меня был один шанс из десяти. Маловато.
— Т-ты что, раздеваться разучилась? — заикаясь, крикнул безоружный молодой человек и сделал шаг по направлению к Софе.
Выстрела я не услышала. Но молодой человек упал на колени с дыркой во лбу. Воспользовавшись тем, что остальные стали озираться по сторонам, разыскивая стрелявшего, я бросилась под ноги безносому, и он повалился на песок, одновременно с этим пытаясь направить свой пистолет в мою сторону. Теоретически это возможно, но для этого нужно долго тренироваться. Я тренировалась в своей жизни значительно больше моего противника, поэтому с помощью небольшого булыжника выбила из его рук пистолет.
Пока мы таким образом кувыркались, прозвучало несколько выстрелов. Насколько я сумела заметить, большая их часть была произведена четырьмя «серьезными ребятами» Валерия.
Уже не прячась, они бежали по склону в нашу. сторону. Но это я поняла немного позже, когда пистолет курносого оказался в моих руках, а сам он оставался единственным живым из наших противников.
Он с ужасом смотрел на меня и пятился, не отрываясь от земли. Ствол моего пистолета был направлен в его голову. Он слишком поздно понял, что проиграл.
Мне очень хотелось бы поговорить с ним с глазу на глаз. Но мне не дали такой возможности. Первый же из подошедших к нам «серьезных парней» пристрелил его в упор двумя выстрелами из пистолета.
Сверху снова посыпались камешки. На этот раз это был сам Валера.
Пауль еще больше побледнел, его вырвало. У Софы началась настоящая истерика. А метрах в ста от берега по-прежнему торчала из воды задница Германа.
Мы покинули берег моря, как только Софа пришла в себя. Балерины киллеры занесли тела убитых за ближайшие камни и забросали песком кровь. Поэтому Герман, появившийся на берегу минут через пятнадцать, ничего не мог понять: откуда здесь взялся Валера и его люди, что они тут делают и почему у Софы с Паулем такие странные лица.
— Я тебе потом все объясню, — сказал ему Пауль по-немецки. — Нам с Софой срочно надо домой.
Герман не стал возражать, но перед тем как одеться, вручил мне маленький невзрачный рапан с виноватой улыбкой.
— Его бы надо выварить в кипятке, — сказал он. — Но можно сделать это дома.
Я поблагодарила его, оделась и заняла свое место на заднем сиденье.
По дороге домой никто не произнес ни слова, и я полностью сосредоточилась на недавних событиях.
Итак, я оказалась права. «Пляжные мальчики» не просто знали Пауля, но и охотились за ним. Значит, их машину я действительно видела позавчера у ресторана. Они преследовали нас до пляжа, где собирались устроить свою «разборку». Мое вмешательство не только нарушило их планы, но, в конечном итоге, привело их к смерти. Не то, чтобы мне их было очень жалко, но, видимо, смерть — это одна из тех немногих вещей, к которым привыкнуть невозможно.
Я не знаю, на кого они работали, но я бы на его месте подбирала себе более профессиональных людей. Ребятки были неплохо накачаны, но совершенно не владели своим телом, да и оружие не умели использовать по назначению.
Из тех слов, что они успели сказать Паулю на пляже, я сделала вывод, что они действовали по поручению некоего криминального авторитета, с которым у Пауля были какие-то сложные отношения. Тот предупреждал его о чем-то, но Пауль пренебрег его предупреждениями. И он решил его наказать.
Такова объективная информация, которую я сумела почерпнуть из этих слов. Все остальное относилось к области фантазий, и я заранее ограничила себя в этом смысле. Вполне могло быть и так, что эта трагедия никак не связана с вывозом за рубеж икон. И прежде, чем развивать эту версию, я должна была убедиться в ее реальности.
Понятной мне стала и тактика Валерия. Я не могу назвать ее безукоризненной, но она сработала, хоть и не без моего участия. Он серьезно рисковал, в том числе и жизнью своей бывшей любовницы.
