Никаких отношений, никаких ошибок. Ее прошлое слишком причудливо, а настоящее сплетено из нерушимых принципов. А он просто мальчишка — молодой, избалованный. До противного прямолинеен, бесит, и не в ее вкусе. Слишком надоедливый. Слишком упрямый. Одно спасает — он ее подчинённый. Один — один. Счет равный и перевеса не нужно. Не появляйся. Не подходи!
— Что это за дерьмо? — сквозь зубы, еле слышно прошептала Евгения.
Верховский стоял посреди общего зала её отдела и протягивал букет цветов. Чертовы розы, которые она не переносила. И выражение лица парня было таким, что не оставляло сомнений: если она не возьмёт цветы, он всучит их ей силой. Только одно останавливало её, чтобы не отшвырнуть этот венок. На них пристально смотрел весь её отдел. Якушева — скептически подняв брови, Прошин — с неподдельным ужасом, остальные — с интересом.
Этот засранец решил так заявить всем, что ухлёстывает за ней? Идиот. Ещё бы на еженедельное собрание всех отделов притащил этот веник. Чтоб уж наверняка весь банк шептался. Чтобы ходили слухи, что они спят. А ещё ее трясло от одной мысли, что теперь на неё будут смотреть со снисхождением главы других отделов: «Понятно, как Дёмина добилась своих успехов».
Евгения сделала шаг в сторону и, обогнув парня, прошла мимо, еле слышно бросив:
— Твой отец будет в восторге.
— Присаживайтесь, — позволила Евгения мельком взглянув на парня несколько секунд назад вошедшего в ее кабинет. Эта встреча вышла спонтанной, но долгожданной, что позволило быстро собраться с мыслями.
"Что за цирк!?" раздраженно подумал Верховский особо не надеясь что кто-то ему объяснит и упал на ближайший стул. Даже такое невинное движение отдалось болью в висках. Сейчас голова Кирилла трещала после вчерашнего вечера, проведенного с друзьями в клубе, и организм мучился от жуткого похмелья.
А кабинет Евгении Дёминой — начальницы отдела финансовой аналитики и аудита в банке его стажировки — «ну здравствуй едкий солнечный свет» — вдобавок светился изнутри… И белыми стенами, и белым полом под мрамор, отполированным до зеркального блеска, и панорамным окном залитым послеобеденным солнцем.
Кабинет был роскошным, вот только Верховского трудно было таким удивить. В конце концов все это здание, как и отделение банка, как и этот белый офис принадлежат его отцу, а значит и ему лично. Банк VеRKHoV основал ещё его прадед.
«Когда у меня появится свой кабинет, он точно будет чёрным», — борясь с головной болью решил Кирилл и на пару секунд прикрыл глаза.
Он точно зарекается пить в компании Стаса. Перепить этого медведя, как и остановить, было одним из самых нереальных квестов. Стас Белов — будучи курсантом военной академии — отрывался в отгулах по-чёрному, так что подростковых опыта и острых ощущений Верховскому хватало с лихвой.
После таких гулянок Кирилл выползал из кровати только в час дня. Сегодня он так и сделал, намереваясь в очередной раз пропустить рабочий день в офисе… Покинуть кровать Кирилла заставил только телефонный звонок юриста. Тот настаивал — пора появиться на стажировке. Пятница — конец первой рабочей недели, а он присутствовал на своем месте всего один день.
Какого хрена отец отправил его в этот гребаный отдел финансовой аналитики и аудита на должность «младшего помощника младшего помощника»? Даже без перегородок и личного пространства. Своё решение отец не стал объяснять, а сын не стал спрашивать, затаив обиду, как делал с двенадцати лет. Это в детстве он боготворил отца, жадно ловил каждую минуту, что тот уделял ему. Но таких минут стало слишком мало, так что, став подростком, Кирилл начал привлекать к себе внимание по-иному.
Даже психотерапевт не преуспел в исправлении наследника. И теперь — «серпом по яйцам» — эта сраная стажировка. Какого черта он должен терпеть такое унижение?
Верховский без восторга вспомнил, как незнакомый менеджер показала ему более чем скромный стол в опенспейс-зале. Как соседи удивленно и заинтересованно пялились на него. Ещё бы — «принц их банковской империи» среди простого люда.
Кир всегда болезненно относился к такому вниманию. Он вообще не любил людей… Незнакомых людей. Тех, что ждали от него «чего-то другого»: что он приветлив, что умеет улыбаться на любую идиотскую фразу, что он идеален во всем, что он ловок и обходителен, что он умеет притворяться таким, как они — «нормальным».
Выдержав на новом рабочем месте ровно два часа, он ушёл и не появлялся в офисе три дня, решив, что может наконец-то получить заслуженный отдых после напряженной учебы в университете. Потом не будет возможности — начнётся подготовка к экзаменам и диплому.
Дёмина беспристрастно рассматривала молодого человека заявившегося в офис после обеда. Что перед ней сын Олега Евгеньевича она конечно знала, но видела впервые и сейчас пыталась разглядеть под расслабленностью и показной невозмутимостью будущего руководителя того самого банка, в котором ей нравилось работать..
Впечатление парень производил противоречивое, но в целом никаких сюрпризов — симпатичный, с ещё не огрубевшим от возраста лицом, но твердой линией подбородка. Густая темная шевелюра волнами перетекала к воротнику делового костюма, который надо сказать сидел на нем хорошо; внешность портил только взгляд: бесцеремонно рассматривающий её из-под длинной челки, так остро, как будто это он ожидал объяснений от неё.
