Стрелку явно не нравились условия. Ох, и злился, пыхтел, пробовал снизить мои запросы. Торговался. Но я стояла на своем. Такой шанс, когда еще выпадет?
Неделю балдеть от стараний белобрысого.
Даже круче ответок получится!
Представляю, как Мел с Ангелиной будут смеяться.
А гламурные курицы из моей группы рвать на себе перья. Популярный парень универа не выбрал их, раскрасавиц, а бегает за мной, пытаясь угодить.
— Учти, после дней твоей помощи поддержки, выбора уже точно не будет, — выдавил из себя как приговор в конце.
Поняла так, что согласен.
Еееее!
Начинается и мое время для удобства.
Не все же нам, Мишеням, в должниках ходить.
— С твоей помощью выбирать и не понадобится, — скорей успокоила временного парня, — Ой, сейчас же большая перемена. Где моя сладкая вата?!
Еле поднос до стола подружек донесла, чуть не падая от смеха, так быстро еще Стрелок от меня не сбегал.
Кто-нибудь, помогите вернуть десять минут назад. Очень надо!
— Да хватит ржать уже!
Марк привалился к стене. Кир скоро лопнет от смеха, аж на пол присел. И началось все десять минут назад на маркетинге в лекционном зале. Там я ляпнул про условия мелкой злючки.
В итоге, друзья отреагировали бурно. Попадали с лавки. Препод по кличке Горгона, и она же мать Ангелины, выгнала за срыв дисциплины. Пригрозила опросом на следующей лекции. Обвинила во всем Марка. Горгона на него зуб с недавних пор точит. Но друга даже это не расстроило, ржет как неприкаянный в коридоре.
— Мне, между прочим, не смешно, — в печенках сводничество сидит, — Я уже родителей предупредил, что приеду в субботу. Настроился, все рассчитал. Если отменю, то они со своей аспиранткой-фехтовальщицей будут доставать и доставать.
— Так ты решил вместо сводничества у Дашки слугой побыть? Аха-ха, — Кира опять накрыло гоготать.
— Мишень тебя снова сделала в сухую! Ты сам хоть понимаешь? — еле успокоившись, начал подкалывать Марк.
Черт.
Хуже всего, что понял.
В столовке пытался утихомирить злючку, но она ни в какую.
Зачем? Зачем я согласился? Вот кретин. С такими мыслями выбежал из столовки, так думаю и сейчас.
Любой другой девчонке сразу бы дал отбой. Но у меня и не было таких других, с которыми ответками мог меряться. Таких ловких, хитрых, дерзких. Мишенью никого не называл. И прибить через день никого не хотел.
Вместо того:
«Адью, крошка! Свидимся нескоро. Занят постоянно».
Прощался с надоедливыми девушками, на таких и везло. Учитывая, что выбор из тех, кто сами вешаются, вроде и норма. Не парились мы с друзьями на этот счет никогда.
И теперь мне предстоит именно вылезти из себя ради девчонки.
Горчицы ей, что ли, в чае подмешать?
Отменить договор станет не меньшей слабостью. Будет злючка насмехаться с подружками, что я обмочился от страха. Хотя и так уже посмешище для всех.
Ну, Мишень, получишь у меня. За все нервы сразу.
— А я бы на вас посмотрел, если бы на моем месте оказались.
Наехал в ответ на друзей, провокаторов гнева Горгоны.
— Зачем откладывать? — подкинул ноги Кир, перекручиваясь через голову, — Прямо сейчас смотрите! — приземлился и начал кривляться, — Марк, я похож на того, кто будет бегать со стаканчиком к девушке на каждой перемене?
— А я, как тебе с ее рюкзаком до остановки? Алекс, ты умора! — открестился и Марк от моей участи. Добавляя обещание: — Даже не надейся, что мы ваши романтические припадки под прикрытием помощи пропустим.
— Идите вы знаете, куда? Надо уточнять?
Процедил сквозь зубы напоследок.
И решил, что лучше на улице побуду, чем среди таких друзей. Выскочил за дверь, ругаясь на всех подряд. Пошло оно лесом. Вообще ничего делать не буду, и разговаривать ни с кем.
Стукнуло окно над головой.
Выкрики недо-друзей разлетелись по университетскому двору:
— Але-екс! Алекс!
— Вата продается в кинотеатре через квартал.
— Напиток мы купим, успеешь все!
Помощники хреновы.
Уже и не хотел, а иду к своей машине. Приходится гнать к кинотеатру за ватой. Попросил продавца сделать из соли, он воспринял за шутку, и только посмеялся. Серьезно ведь просил.
День выдался такой, веселье для всех, кроме меня.
Вернулся в универ, как раз по звонку.
— Держи для мишени какао, — протянул стакан Кир, — У зверолюбов сейчас паразиты в аудитории на два этажа выше.
Может, Кир и не кидается носить стаканчики, но расписание выучил наизусть. Чужое расписание! Наше он забывает. Причина кроется в Мелиссе из троицы. Раньше я над ним смеялся, теперь и сам попал.
— Вату хоть не урони. Неси как букет, — поправил мою руку Марк.
Оба спятили. Если меня считать, то втроем.
— Отвалите. Вы еще больше позорите.
Прогнал от себя друзей, после приезда опять перекинув из «недо» в «лучшие». Смеются, зато помогают.
Студенты из аудитории потянулись паровозиком. Любопытные вагоны заглядывались на меня, притормаживали. Еще бы, стою с огромной сахарной ватой, больше моей головы, будто с флагом. И на флаге надпись: «Поддержка для мелкой злючки» с эмблемой страны Идиотов.
— Даш, это к тебе! — громко объявила Мелисса для столпившихся однокурсников в виде вагонов.
— Обалдеть…
Протянули сбоку знакомые по клубу цыпочки.
