— Поступай, как знаешь. Думаю, что мы еще встретимся.
— А ты… ты никому не расскажешь?
— Тебе надо отоспаться, ди Тадзио. Ты слишком переволновался. Кстати, Рэйф действительно остался у Хлои, или ты это сказал, чтобы позлить Даниэлу?
— Он у нее.
— Но ведь не на целый же день? Его уже давно никто не видел.
— Я слышал, он отправился в город сразу после разговора с каким-то человеком из твоего ведомства.
— Из министерства финансов?
— Да.
— Ты не знаешь, кто он?
— Какой-то отвратительный маленький толстяк. Я не знаю его имени. Похоже, у него неприятности. Кажется, его обвиняют в растрате.
— Его арестовали?
— Рэйф допрашивал его, но этот человек отказался давать показания. Элан сказал мне, что его бросили в камеру в подвале дворца, чтобы он провел там ночь. Думаю, завтра его снова будут допрашивать.
— Рэйф лично беседовал с ним? Адриано кивнул.
— Странно, — небрежно протянул Орландо. — Ну, приятного тебе вечера, ди Тадзио.
— Чао, — бросил Адриано и вошел в свои покои.
Орландо немного постоял у его двери, переваривая новость.
Время работает против него.
Пора действовать. Немедленно.
Сегодня ночью.
Его сердце застучало. Кровь забурлила в венах. Если и принц напал на его след, нельзя терять ни минуты. Он быстро направился к лестнице.
Ему немедленно надо выяснить, что именно Бульбати рассказал Рэйфу. Вообще-то он надеялся, что Бульбати слишком сильно его боится, чтобы назвать его имя, но ни в чем нельзя быть уверенным. Он всегда был готов к худшему.
Не теряя ни минуты, Орландо спустился в подвал, где под строгой охраной содержался граф Бульбати.
Ему удалось уговорить стражников, объяснив им, что Бульбати работает у него, а поэтому он имеет право устроить ему допрос когда угодно, даже в полночь. Охрана колебалась, и ему пришлось прибегнуть к угрозам.
Возможно, они увидели в нем сходство с отцом, но, так или иначе, его пропустили.
Воздух в подвале был спертым и душным. Крутая лестница освещалась единственным факелом, закрепленным на каменной стене. Орландо, сняв с головы кожаный ремешок, поддерживающий волосы, осторожно спускался по ступенькам. Волосы рассыпались по его плечам.
— Кто здесь? — закричал граф. — Вы не можете оставить меня здесь умирать от голода. Я требую хорошей еды!
Огромная тень Орландо скользила по стене, когда он пробирался по узкому проходу. Все камеры в подвале были пусты, кроме одной.
— Принц Рафаэль? Принц, это вы? — кричал Бульбати, видя надвигающуюся тень.
Орландо, улыбаясь, подошел к решетке, и граф попятился.
— Я им ничего не рассказал! — зашептал он. — Ничего, синьор!
— Ты назвал им мое имя? — ласково спросил Орландо, доставая из кармана что-то похожее на ключ. Это не было ключом от камеры Бульбати, но тот об этом не знал.
— Нет! — в ужасе закричал толстяк, забиваясь в угол камеры. — Я ничего им не сказал!
— Есть причины, по которым я тебе не верю, — прошипел Орландо и достал нож.
— Нет, нет, нет! Пожалуйста, пожалуйста, синьор! — взвыл Бульбати, когда Орландо поднес ключ к замку.
Лицо Бульбати исказилось от ужаса, он задыхался. Пот катился с него градом. Выпучив глаза, он смотрел на человека, от которого зависела его жизнь.
— Ты назвал им мое имя, грязная свинья? — повторил вопрос Орландо. — Отвечай, пока я не потерял терпение!
— Помогите! — заорал Бульбати. Вдруг лицо его стало красным как помидор, и он рухнул на пол. Орландо с любопытством наблюдал за ним.
— Так ты назвал им мое имя, Бульбати? — снова потребовал он ответа.
Бульбати молчал и издавал какие-то булькающие звуки, его тело вздрагивало, глаза закатились.
— Бульбати!
Вцепившись в прутья решетки, Орландо удивленно смотрел на него.
Судороги прекратились, и тело Бульбати больше не дергалось. Из горла его вылетали хриплые стоны, широко раскрытые глаза начали стекленеть. Орландо подождал, но Бульбати лежал неподвижно. Он позвал его, но толстяк не отвечал.
Внезапно у Бульбати началась рвота, а затем сильный понос.
Орландо с отвращением отпрянул, зажав нос. Он успокоился: теперь граф уже никому не раскроет его секрета. Он весело засмеялся: никогда прежде его не боялись до смерти.
Поднимаясь по лестнице, он подавил смех и нацепил на лицо маску негодования.
— Охрана! — рявкнул он. Стражники бросились к нему. — Черт знает, что у вас тут делается! Бульбати мертв!
— Не может быть! — удивился кто-то из стражников.
— Идите и посмотрите сами! Человек лежит мертвый в своей камере. Я требую объяснений!
Орландо наблюдал за их суетой, довольный таким поворотом дела. Кажется, ему повезло. Настроение его улучшилось, и он решил подышать свежим воздухом. Так, теперь пора заняться этим жизнерадостным дураком Рэйфом, который был для его отца единственным солнцем во вселенной.
Настало время выпустить на смену Кристофоро.
Орландо нашел Кристофоро, молодого парня, в том же борделе, что и прежде. Он в очередной раз вытащил тощего парнишку из постели хорошенькой Кармен, затолкал его в карету, на всякий случай связал ему запястья и лодыжки и покатил к элегантному палаццо премьер-министра, расположенному на западной окраине Белфорта.
