Нурдгрен и Сами приехали почти одновременно. С их последней встречи в Юртхагене прошло десять дней. Нурдгрен сразу же надел балаклаву: приятелю Сами не стоит видеть его лицо.
Нурдгрен не теряет самообладания после рассказа Сами о том, что полицейского вертолета в Мюттинге нет. Он ожидал, что возникнут трудности, а здесь вообще все понятно – если они не найдут полицейский вертолет, на дело можно не идти. Так что, остается просто надеяться на лучшее.
Нурдгрен особенно тщательно осматривает свои вещи. Он уже подготовил банки из-под кока-колы с армированным скотчем на дне. Под скотчем – неодимовые магниты. Таких банок шесть, но, если все пойдет по плану, понадобится только одна.
Еще у него с собой U-образные профили, напоминающие маленькие кусочки перевернутых рельсов. Они тяжелые и занимают много места, так что он взял только четыре штуки в надежде на то, что дело обойдется только одним. Осмотрев взрывчатку и капсюли, он начинает беспокоиться: не слишком ли высокая влажность?
– Мне бы разок попробовать, – говорит он больше для самого себя.
Сами не против: жилых домов поблизости нет. Нурдгрен начинает приготовления и тут же замечает, что среди коннекторов и аккумулятора нет длинного шнура.
– Какой еще шнур? – разводит руками Эзра.
Это его первые слова с момента появления Сами с Нурдгреном: к чему высовываться? Лицо Нурдгрена скрывает балаклава, и это внушает уважение, хотя Эзра сам надевал такую балаклаву тысячу раз.
Сами, занятый налобными фонарями, оборачивается.
– Шнур, – повторяет Нурдгрен.
– Я взял все, что там было, – кричит Эзра, – вы что, думаете, я чертов…
– Не хватает длинного шнура. Пятнадцатиметрового.
Нурдгрен непоколебим: он точно положил этот шнур.
– Но я не знаю, черт возьми…, – начинает Эзра, но тут же умолкает.
– Что за…! – чертыхается Сами, смотря на часы.
Уже без четверти два.
– Он нам нужен, – говорит Нурдгрен, – без этого шнура мы не сможем пробить бронестекло на шестом этаже.
Сами лихорадочно роется в веревках и мешках, чтобы найти шнур. Но его нигде нет.
– Черт, Эзра!
Вид у Эзры сделался глубоко несчастным.
01.17
В квартире в Норртелье Мишель Малуф выкладывает еду на стол. В «Макдоналдсе» он взял с собой три больших комбо с биг-маком и кока-колой, а Петрович с Клюгером ждали снаружи. Теперь же нужно все съесть, пока не остыло. Проглотив половину биг-мака, Малуф понимает, что товарищи не спешат составить ему компанию.
Он идет в спальню, где Петрович с американцем уже разобрали автоматы и пистолеты и разложили детали на двух простынях.
Клюгер оказался перфекционистом еще почище долговязого югослава: он внимательно осматривает каждый патрон, прежде чем загнать его в магазин.
– Я могу делать это с завязанными глазами, – говорит бывший военный моряк на своем техасском диалекте. – Я и делал это с завязанными глазами.
– Конечно, – кивает Малуф. – Вы идете?
– Я не голоден, – отвечает Клюгер.
– Если только немного картошки, – говорит Петрович, стараясь не показать своего раздражения.
– Ладно… Тогда я съем твой биг-мак?
– Ты с ума сошел!
– Так можно?
– Ешь на здоровье, – Петровичу не терпится вернуться к работе.
Когда Малуф возвращается к столу и пытается взять биг-мак так, чтобы из него не выпал салат, ему в голову приходит мысль о том, что ползающие по полу на четвереньках Петрович с американцем напоминают детей, которые собирают конструктор «Лего».
Клюгер делает точно такое же наблюдение:
– Он как ребенок! То есть… ну кто ест в «Макдоналдсе»?
02.05
Сами поднимает с земли большую ветку и со всей силы ударяет ею по камню так, что щепки летят во все стороны, но молчит. Полицейского вертолета нет. Шнура тоже. К тому же, в мысли вернулась тревога о том, что лестница окажется слишком короткой.
Обе лестницы раскладные – так их, по крайней мере, окрестил продавец-консультант в «Баухаусе». У одной лестницы три секции по четыре метра каждая, у второй – три секции по три метра. Чтобы разложить лестницу, нужно ослабить пластиковые крепежи, выдвинуть две сложенные секции и закрепить их.
Длинную лестницу они спустят в окно в крыше и закрепят на балконе пятого этажа, по короткой полезут с балкона на шестой этаж, где взорвут бронестекло. Сами не уверен, что двенадцатиметровая лестница достанет до балкона, но других вариантов у них нет. Значит, придется иметь дело с тем, что есть.
Он кружит вокруг разложенных на земле вещей под раздраженным взглядом Нурдгрена, который считает в уме: до Лидингё и обратно – не больше сорока пяти минут, что, если сгонять за шнуром? Он должен лежать там же, где Никлас его оставил.
Через дырку в подошве в его левый ботинок попала влага.
Нурдгрен вдруг начинает чувствовать смертельную усталость, но знает, что как только придет время действовать, ее как рукой снимет. Еще и голова вспотела. Пока не вернулся Эзра, можно снять балаклаву.
Оба мужчины вздрагивают от звонка – это телефон Сами. Вокруг них плотная тишина, даже ветер не заставляет шептать кроны деревьев. Кажется, этот звонок перебудит половину жителей Эстермальма.
На часах пять минут третьего. Сами смотрит на дисплей: «Команда 3». Мюттинге.
