Жить в Доме гейши - это, конечно, хорошо. Это признак достойного положения и признания заслуг. Но как подумаешь, сколько народу до тебя через её ласковые руки прошли... А если вспомнишь, что все они уже умерли? Кто недавно, а кто во времена, о которых даже матушка Кселина не помнит. А если представить себе, сколько ещё поколений будет у неё после тебя? Да после таких размышлений любая девка из корчмы покажется принцессой! Нет, это точно не в счёт.
И всё-таки префект всегда чувствовал в Ратане что-то чужое. Опасное. Так рыжий кмор, припав к дереву, часами, сутками в полной неподвижности будет ждать свою жертву. И не промахнётся. Не хотел Ратан двигаться дальше. А ведь мог. Мог! Но не хотел. Почему? Нет, здесь точно была какая-то интрига, хитрый расчёт...
Ведь ему до неприкасаемых оставался всего шаг: вызвать на дуэль коллег-сотников. По одному, разумеется. И было время, когда он смог бы с ними справиться. И тогда Ратан стал бы Стратегом. Почему он этого не сделал? Странно. Сделай он это, и не было бы злополучного вызова на дуэль. Стратег - лицо неприкосновенное. Не было бы дуэли, гвардейцы проявили бы большую бдительность и расторопность, и Внешние Ворота - путь к новым территориям, которых уже, пожалуй, заждались, - остались бы открытыми.
Вот-вот, открытыми!
- Таким образом, - закончил свою речь префект. - Судить Ратана следует хотя бы за то, что слабая выучка его людей не позволила им исполнить свой долг. Внешние Ворота вновь заперты. Нас опять ждёт вечность ожидания...
- Это заблуждение, достойный, - подал голос третий защитник. - Через минуту вам придётся признать, что вы некомпетентны в тонкостях армейской дисциплины.
Префект взглянул на судью, тот благосклонно кивнул защитнику.
- После того, как вызов на дуэль принят, сотня переходит под руководство претендента либо до исхода поединка, либо навсегда. Таким образом, в момент, когда Внешние Ворота открылись, а потом закрылись, караул подчинялся своему командиру - Сопляку, - в зале засмеялись, - прошу прощения, Ваде Дроздовичу. Ответственности за все последующие события сотник Ратан нести не может. Он был всего лишь зрителем...
- Вот это-то и странно, - перебил его префект. - Почему сам Ратан не принял участия в схватке? Гибли его люди, молодёжь, которую он долгие годы учил боевому искусству. Гибли от руки чужака. А наш доблестный сотник стоял рядом и наблюдал!
- А вы представьте себе, как это было, - заметил первый защитник, - представьте себе состояние человека, настолько честного, что смене рода деятельности он предпочёл смерть. Хотя, прошу заметить, из десяти подобных случаев - в девяти люди принимают крестьянскую схиму или удаляются в дальнюю разведку, но спасают себе жизнь. Нет! Ратан, человек чести, согласен принять почётную смерть и готов к ней. Приготовления к поединку ведутся в ста шагах от Внешних Ворот. Они открываются. Неслыханная удача для командира подразделения. Эта удача припишет нового сотника к лику святых. Без длинной цепочки дуэлей сделает неприкасаемым! Зачем бывшему сотнику вмешиваться в события, которые иначе как звёздным часом его ученика не назовёшь? Пятёрка молодых гвардейцев со всех ног несётся к Внешним Воротам, но бывшему сотнику спешить некуда. Жизнь его спасена, впереди Интервенция, но это уже не его игра. Вот он и не торопится. Когда же из пещеры вышел чужак, - все повернули головы к бледному незнакомцу и его женщине, - Ратан был слишком далеко, чтобы принять участие в схватке. Тем не менее, он его разоружил...
- И это ещё одна странность в этой истории, - прервал его префект. "Пора, - подумал он, - пора подводить к главному и заканчивать..." - Одна нелепость на другой. Сотник уверен, что Дроздович его заколет, потому что сильнее, быстрее, ну, и так далее. Чужак оказался сильнее и быстрее не только Дроздовича, но и всего подразделения. И это не мешает сотнику справиться с чужаком!
- Мы вынуждены повториться. Всё происшедшее результат недоразумения...
- ...которое привело к гибели пятерых гвардейцев! - торжествующе закончил префект. - Мы все устали от нагромождения лжи и противоречий. Защита мне посоветовала представить себе, как произошёл инцидент. Я готов сделать это. Могу ли я задавать вопросы обвиняемому?
Судья кивнул головой.
- Сотник Ратан, правда ли, что у вас не было возможности победить Дроздовича?
- Да, правда, - неохотно подтвердил Калим.
- А правда ли, что вы чтите культ Матери?
В зале засмеялись.
- Безусловно!
- Почему же, в таком случае, когда матушка Кселина пришла к вам с обязательным ритуалом альтернативных решений и настоятельно просила вас любой ценой сохранить себе жизнь, ваш разговор шёл на повышенных тонах? Она даже не захотела остаться, чтобы позавтракать с вами!
- На этот вопрос я не буду отвечать, - хмуро заявил Калим. - У меня с матушкой личные разногласия о претензиях стражи Культа к гвардейцам её Величества.
