-Трое суток гауптической вахты с отсрочкой приговора до окончания операции, продолжил Шишкин. - В Демянске же, как минимум два батальона пехоты, плюс полк СС дивизии 'Мертвая голова', плюс шесть батарей ПВО у аэродрома... Считаю целесообразным выступать на Игожево.
'Если идем под Игожево - это шанс Гриневу отвертеться от ответственности...' - подумал Мачехин и посмотрел на своего комбрига.
-Демянск нам сейчас не взять, - внезапно сказал Тарасов. - Моральный дух в бригаде - ниже бруствера. Голодные, истощенные, ни одного полноценного победного боя. И вот еще... Что штаб фронта скажет по поводу изменения плана?
-Самодеятельности не будет, - отрезал Латыпов.
-Это хорошо, - буркнул Тарасов и, не удержавшись, покосился на Гринева. Тот сделал вид, что не заметил намека. Только потер плечо и поморщился.
-Если штаб фронта добро не даст - атакуем Демянск всеми силами с юго-запада, Латыпов тоже сделал вид, что ничего не заметил.
Добро было получено.
Через час.
Еще через час десантники вышли из лагеря в сторону деревни Игожево. Первым шел батальон под командованием капитана Жука. Батальон должен был оседлать дорогу Демянск-Старая Русса и создать коридор для прохода всей бригады на юг. Усилили его пулеметной ротой и ротой разведки.
А с полевого аэродрома эвакуировали еще пятнадцать человек.
**
Коридор пробить удалось. Небольшой - шириной всего восемьсот метров.
И ждали подхода бригады, отбивая одну атаку за другой. На дороге уже горел немецкий танк и три бронетранспортера. Поле было усеяно фрицами. Приданные первому батальону разведчики даже умудрились взять в плен немца, оказавшегося шарфюрером из дивизии СС 'Мертвая Голова'. Ну или 'Тотенкопф', если хотите.
Немец был здорово напуган, когда его допрашивали - злые, небритые, осунувшиеся лица русских не обещали ничего хорошего. Выяснить у шарфюрера удалось немного. Атаки здесь немцы не ожидали. Более того, надеялись, что советские десантники уйдут обратно, в болото, где их можно будет блокировать и уничтожить. А тут неожиданный бросок русских там, где их не ждали. Но теперь эсэсовцы подтягивают резервы, силами до одного полка. И ждать их нужно с минуты на минуту.
Поэтому комбат Иван Жук грязно ругался на связь и требовал от радиста вызывать и вызывать штаб бригады. Но Тарасов не отвечал.
На мат Наташа не реагировала. Уже привыкла. И когда немца расстреляли - тоже была спокойна. Просто не обратила внимание на сухой, негромкий выстрел пистолета. А может и просто не услышала, привыкла к стрельбе.
-Небо светлеет... - опять ругнулся Жук. - День ясный будет, скоро фрицы авиацию кинут.
-Кердык нам тогда, капитан, - спокойно посмотрел на восток комиссар батальона Куклин. - Но без приказа отходить не имеем права.
-Да знаю я, комиссар. Иди лучше бойцам объясни - почему они тут гибнут ни за что!
Куклин, уже пошедший было к позициям, остановился и посмотрел на Жука:
-За Родину, капитан, за Родину.
Капитан отвернулся и зло сплюнул. За Родину не погибать надо. За Родину побеждать надо.
Вдруг с западного рубежа прорыва закричали:
-Комбат! Где комбат? Связной из штаба бригады!
Капитан бросился навстречу бойцу.
Он протянул Жуку лист вырванный из блокнота, на котором неровными карандашными каракулями было начеркано:
'Батальону отходить на старую базу. Обеспечить эвакуацию раненых с аэродрома. Продолжать громить гарнизоны противника. Мачехин'. Подписи Тарасова почему-то не было.
-Что там происходит, комбат, как думаешь? - спросил Жука Куклин, когда батальон стал отходить в лес. Сумерки уже таяли под первыми лучами мартовского солнца.
-А черт его знает. Начальство друг с другом дерется, а мы с врагом. Вот и весь сказ, комиссар.
Куклин попытался что-то сказать, но не успел. Пулеметная очередь разорвала воздух над головами десантников. Жук оглянулся. К месту боя подошла колонна грузовиков, из которых выпрыгивали эсесовцы в белых куртках. Затем надевали лыжи и бросались в погоню за уходившим батальоном.
'А грамотно в цепь разворачиваются, быстро!' - машинально ответил он. 'Хорошо, что мы успели с поля уйти...'
-Бегом, бегом, бегом! - закричал комбат, подгоняя усталых десантников. - Олешко, оставь два пулемета, пусть задержат фрицев!
-Есть, товарищ капитан, - младший лейтенант лихо развернулся на лыжах и, отбежав чуть в сторону, прислонился к сосне. Затем достал карту, сверяясь с местностью, чтобы выбрать пулеметные позиции.
Воздух наполнился грохотом и визгом смертоносного металла. Вы слышали, как страшно стучат осколки по деревьям? Как шипят пули в снегу? А звук попадания пули в плоть человека не описать... Он какой-то глухой, тупой и хлюпающий одновременно. Страшный...
Младший лейтенант сполз по сосне на снег. И дал очередью по немцу, выскочившему из кустов. Потом еще по одному.
-Митька! - закричала Наташа, посчитав, что он ранен и бросилась к нему.
