Я отлично осознавал, что эти проблемы касаются немецкого народа в целом, а значит, требуют решения, которое будет законным во всех четырех зонах. По этой причине было очень важно создать в рамках центрального правительства государственные департаменты. Также представлялось чрезвычайно важным собрать наших лучших специалистов в различных областях, чтобы предложить сотрудничество оккупационным властям. В качестве первоочередной меры мы должны были обеспечить немецкому народу условия для выживания.
В результате длительных размышлений я утвердился в мысли, что нам необходимо некое временное центральное правительство. Мысли обрели более конкретную форму после обсуждения с графом Шверин фон Крозигком. Помимо выполнения обязанностей министра иностранных дел и министра финансов, именно он сформировал столь необходимое временное правительство и председательствовал на заседаниях кабинета. И хотя выбирать приходилось только из людей, которые находились на севере Германии, он все-таки сумел создать вполне работоспособный кабинет. Его состав был следующим:
за общие организационные вопросы, а также работу министерства иностранных дел и министерства финансов отвечал граф Шверин фон Крозигк,
министром внутренних дел и культуры стал доктор Штук-карт,
министром промышленности и производства – Шпеер,
министром продовольствия, сельского хозяйства и лесов – Бакке,
министром труда и социальных вопросов – доктор Зельдте,
министром почт и связи – доктор Дорпмюллер,
Все мы отлично понимали, что настоящего, действующего правительства у нас еще некоторое время не будет. Тем не менее каждый член этого временного правительства с энтузиазмом принялся за работу. Каждый из них составлял планы первоочередных мероприятий.
Их излишне оптимистичным планам и прогнозам нельзя было не удивляться. Доктор Дорпмюллер, к примеру, чрезвычайно энергичный для своего возраста человек, утверждал, что сумеет восстановить транспорт и связь Германии за шесть недель, конечно, если ему будет дана свобода действий.
Эти планы и докладные записки, касающиеся эффективного централизованного управления в разных сферах народного хозяйства, направлялись представителям западных союзников и русским, которые к тому времени прибыли в Мюрвик. В некоторых случаях передача документов сопровождалась устным докладом. Вначале нам казалось, что сотрудничество будет принято.
Но так только казалось. В середине мая министр связи доктор Дорпмюллер и министр продовольствия Бакке были вызваны в штаб американцев. Министрам довольно часто приходилось контактировать с представителями союзников по самым разным вопросам, связанным с их профессиональной деятельностью, поэтому они решили, что визит в Реймс связан с обсуждением планов сотрудничества на будущее. Больше мы не получали от них известий. Значительно позже я узнал, что Бакке был арестован.
Принимая во внимание тот очевидный факт, что мы не могли сделать почти ничего полезного, я все чаще задумывался об отставке. Моя главная задача – обеспечение упорядоченной капитуляции – была выполнена. И хотя в Мюрвике, ставшем своеобразным анклавом, поскольку он пока не был оккупирован, я жил на суверенной территории, все равно я находился в руках противника. Вся территория Германии была оккупирована врагом, поэтому о свободе главы государства вопрос даже не ставился. Пока шла капитуляция, еще существовала возможность принимать решения и действовать независимо. Больше такой возможности не было.
В подобных обстоятельствах было бы более достойно положить конец притворству и уйти в отставку добровольно, чем сидеть сложа руки и покорно ожидать решения победителей. Думаю, нет необходимости говорить, что бездействие после подписания капитуляции было для меня совершенно невыносимым.
Шпеер также настаивал на нашей отставке, правда, надеялся, что лично с ним американцы будут сотрудничать и дальше.
А фон Крозигк считал, что, хотя противник наверняка выставит нас не в лучшем свете перед народом, мы обязаны остаться. Президент рейха и его временное правительство, говорил он, олицетворяют единство рейха. Безоговорочная капитуляция распространяется только на вооруженные силы. Немецкое государство не прекратило своего существования. И то, что у меня нет возможности осуществлять практическую власть в стране, не меняет того факта, что я являюсь главой государства. Это признал и противник, настаивая на даче полномочий представителям вооруженных сил, подписавшим акт о капитуляции.
Я понимал, что фон Крозигк прав. Вначале я рассматривал свое назначение как способ дать мне официальную возможность положить конец войне. Но теперь все изменилось, и будь что будет, но ни я, ни мое временное правительство в отставку не уйдем. Если мы это сделаем, победители получат полное право сказать: поскольку законного правительства Германии больше не существует, у нас нет выбора, кроме как создать отдельное правительство в каждой зоне и позволить нашему военному правительству осуществлять всю полноту власти над всеми.
