А какой путь большинства наших хозяйственных руководителей? Школа, институт, комсомольский работник, партийный работник. Путь хозяйственного работника начинается для него прямо с кресла директора благополучного завода, который выполнял не очень напряженный план сам по себе. Причем на каждой должности - полгода, год. Не успел освоить, вникнуть в новое производство, а уже чья-то властная и сильная рука тащит его выше и выше! Где уж здесь освоить производство - надо только крепче держаться за руку и давать ей в руку. Глядишь, а там уже и министерство.
Что знает такой руководитель, если он никогда не работал ни мастером, ни конструктором, ни технологом в цехе, если он не представляет ни станков, ни инструмента, ни того, как изготавливается деталь, ни работы завода. Но тем не менее на каждом этапе своего пути он обрастает почетными наградами и званиями, для получения которых он не приложил никаких собственных ни умственных, ни творческих усилий.
Он лишь подписывал то, что ему подкладывали, что необходимо было ему подписывать по должности, по статусу начальника, руководителя предприятия. Прочно и плодотворно только то, что приобретено своим трудом.
В современной истории промышленности известны руководители, которые по числу авторских свидетельств догоняют Томаса Эдиссона, они - "липовые соавторы" пятисот и более изобретений. Если к тому же этот лже-руководитель хотел обеспечить себе спокойную старость, то он становился «умненько», постепенно кандидатом наук, лауреатом Государственной премии, доктором наук. Чем выше должность, тем больше ученость, поэтому можно даже стать академиком и такие случаи были, не написав самостоятельно ничего, не имея вообще никаких научных работ, но слыть везде и всюду знающим ученым человеком.
Знаменитый американец Фредерик Уинслоу Тейлор (1856-1915) стал знаменит на весь мир благодаря своей "системе Тейлора", позволявшей добиваться наивысшей производительности труда на металлургических и машиностроительных заводах и фабриках. Как возникла эта система?
Эта система возникла в голове умного, наблюдательного человека благодаря тому, что он самостоятельно прошел путь от мастера, технолога, конструктора, начальника цеха до главного инженера крупного металлургического и машиностроительного завода в Филадельфии. Пройдя последовательно все этапы пути становления организатора и руководителя производства, Тейлор смог написать книгу: "Управление производством!" (1908). "Принципы научной организации производства" (1911), "Искусство резать металлы" (1906) и др. Он был автором нескольких изобретений и создателем знаменитой на весь мир быстрорежущей стали, позволившей в то время в десятки раз увеличить скорость резания на металлорежущих станках. В 1905-1906 гг. был избран президентом Американского общества инженеров механиков.
Должен везде и всегда вести дело тот, кто его знает, понимает, сам стоял у его истоков. Знаменитые на весь мир фирмы носят имена их создателей, конструкторов, творцов: Форд (автомобили), Кольт (оружие), Данлоп (шины), Крупп, Армстронг (пушки), Сименс (электротехника), Зульцер, Даймлер, Бенц (двигатели), Роллс-Ройс (автомобили), Юнкере, Дуглас., (самолеты), Блерио (самолеты) и т.д.
Только тот, кто непосредственно стоял у истоков создания новых машин, приборов, технологий, был не по форме, а по существу истинным творцом и создателем новой техники, навсегда обессмертил свое имя и остался в памяти благодарных потомков. Это были выдающиеся русские люди нашей эпохи – А.Н. Туполев, С.В. Ильюшин, В.М. Мясищев, И.В. Курчатов, С.П. Королев, М.Т. Калашников и другие.
Что же касается наших сегодняшних "именитых", то здесь дело обстоит как раз наоборот. Наши "именитые" горе-экономисты в теории очень далеки от Маркса, а в практике, к сожалению, ничего не понимают, ибо на заводы приходили разве что на экскурсию, отсюда провал экономической теории, оставшейся для них "вещью в себе".
Глядя на беспомощность этих "именитых" в решении самых простых практических вопросов, слушая их надуманные абстрактно - теоретические дискуссии Гайдара, не подкрепленные ни одной реальной и правдивой цифрой, оторванные от реальной жизни, видишь за их показным казенным оптимизмом и деланной озабоченностью полное безразличие и непонимание основного вопроса теории и практики: сколько стоит обществу производство того или иного продукта (товара), каковы общественно необходимые затраты труда и т.д.?
Невольно задаешь себе вопрос: да читали ли "они" вообще труды Маркса, Энгельса, Ленина, не говоря уже о других классиках политэкономии. Да и могут ли они научить кого-либо, если они сами ничего не знают.
Мы и раньше не испытывали особого почтения к этим столпам науки, ученость которых заключается главный образом в том, что они с крайней невозмутимостью постоянно противоречат друг другу и самим себе.