Знаменитый советский физик - теоретик Лев Давидович Ландау (1908 – 1968), получивший от советской власти за свои выдающиеся труды всё, что можно было получить: академик АН СССР (1946), Герой Социалистического Труда (1954), лауреат Сталинских премий (1946, 1949, 1953), лауреат Ленинской премии (1962), лауреат Нобелевской премии (1962), так говорил о советской науке в 1947 г.: «У нас наука окончательно проституирована ещё в большей степени, чем за границей, там всё-таки какая-то свобода у учёных…
Науку у нас не понимают и не любят, что, впрочем и неудивительно, так как ею руководят слесари, плотники, столяры. Нет простора научной индивидуальности. Направления в работе диктуются сверху…»[16]
По своим политическим взглядам Ландау представлял из себя человека, враждебно относящегося ко всей советской действительности и не скрывал этого и пребывающего, по его заявлению, на положении «ученого раба». Наверное, каждый, кто читает сейчас эти строки хотел бы быть на положении такого «раба», живущего материально при коммунизме.
Гигантский размах хозяйственного и культурного строительства, быстрое развитие науки, широкое внедрение её достижений в практику промышленного и сельскохозяйственного производства предъявили огромный и всё возрастающий спрос на высококвалифицированные кадры. Послевоенный период стал периодом быстрого количественного и качественного подъёма, как высшей школы, так и научно-исследовательских институтов.
Перед войной в стране было 817 вузов, в которых обучалось 812 тыс. студентов, включая 227 тыс. заочников, и 27 тыс. студентов вечернего отделения. В 1940 г. вузы выпустили 126 тысяч дипломированных специалистов. Во время войны фашисты разграбили и разрушили 334 вуза, в которых обучались 230 тыс. студентов.
В течение четвертой пятилетки (1946 – 1950) было вновь открыто 112 высших учебных заведений, в которых обучалось 1247 тыс. студентов. За пятилетие 1946 – 1950 гг. вузы дали стране 652 тысячи специалистов с высшим образованием, а их выпуск в 1950 г. составил 200 тыс., из них 36 тыс. инженеров и 12,7 тыс. специалистов сельского хозяйства.
15 марта 1948 г. Совет Министров СССР принял постановление о строительстве в Москве на Ленинских горах новых зданий Московского университета. Технический проект, законченный в 1951 г., был осуществлён под руководством академиков архитектуры Л.В. Руднева, С.Е. Чернышева, П.В. Абросимова, А.Ф. Хрякова, В.Н. Насонова.
Проект предусматривал грандиозный размах строительства: общий объём всех зданий университета был около 2611 тыс. куб. м., в том числе главного корпуса – 1335 тыс. куб. м., здания физического факультета – 303 тыс. куб. м., здание химического факультета – 286 тыс. куб. м.. корпуса отделения механики – 118 тыс. куб. м. и т.д. Было предусмотрено строительство 141 великолепной лекционной аудитории, 1693 учебных и научных лабораторных помещений. Библиотеки на 1200 тыс. томов. Актового зала на 1500 мест, клуба с зрительным залом на 800 мест, плавательного бассейна, стадиона и т.д. Работами по строительству руководили выдающиеся строители А.Н. Комаровский, А.В. Воронов. С.И. Балашов. Новые здания МГУ были построены в невиданно короткие сроки.
1 сентября 1953 г. счастливые первокурсники впервые переступили порог «храма науки» - новых зданий Московского Государственного Университета имени М.В. Ломоносова, раскинувшихся на площади 317 га. К 200-летию МГУ, к 1955 г. в университете было 12 факультетов, 210 кафедр, на которых учились 22 тысячи студентов и 1840 аспирантов. Их учили «уму-разуму» 30 академиков. 47 членов-корреспондентов АН СССР, 20 заслуженных деятелей науки и техники, 756 профессоров и 1980 кандидатов наук.
За годы пятой пятилетки (1951 – 1955) вузы страны выпустили свыше 1 миллиона 120 тысяч специалистов, или на 72 процента больше, чем в четвёртой пятилетки. За это время около 260 тысяч специалистов закончили вечерние и заочные отделения вузов. В 1956 г. вузы выпустили 71,2 тысячи инженеров и 26 тысяч специалистов сельского хозяйства.
В июне 1954 г. была запущена в эксплуатацию первая атомная станция под Обнинском в Калужской области. Руководство страны определило, что атомные электростанции – будущее советской энергетики, поскольку их заверили, они абсолютно безвредны и экологически чисты. В различных районах страны началось строительство более мощных атомных электростанций (АЭС).
Только несколько учёных, особенно академик П.Л. Капица, отказавшийся в своё время делать атомную бомбу в СССР, выразили сомнение в полной безопасности и безвредности атомной энергетики и считали, что сначала надо решить целый комплекс вопросов, связанных с безопасностью реакторов, возможностями аварий и быстрой ликвидации их последствий, хранением чрезвычайно опасных ядерных отходов.
