Десять маленьких вдохов полностью

– Вы, девчонки, не из этих мест, – прозвучало как утверждение, а не вопрос, и я надеялась, что она так это и оставит. – Давно здесь?

Оценивающий взгляд любительницы «металла» бродил по нашей скудно обставленной гостиной и остановился на фотографии, висящей в рамке на стене. На этом снимке были мы и наши родители – Ливи сняла со стены в гостиной тети Дарлы в ночь нашего побега.

Я про себя сделала Ливи выговор за то, что она повесила наш общий портрет туда, где все могли увидеть его и пристать к нам с вопросами, хотя и не имела на это права. Ливи очень редко на чем-то настаивала. И это был один из тех случаев. Если бы дело касалось только меня, я повесила бы снимок в комнате сестры, куда и сама заходила нечасто.

Мне было слишком тяжело смотреть на их лица.

– Всего несколько дней. Уютненько тут, правда?

Губы Шторм изогнулись в усмешке. Ливи и я обшарили местную «Доллараму»[10] в поисках самых необходимых вещей. Кроме них и семейной фотографии, единственное, что мы привнесли, – был запах хлорки вместо нафталина.

Шторм кивнула, складывая руки на груди, словно ей вдруг стало зябко. Но здесь не было холодно. В Майами жарко даже в шесть утра.

– То, что нужно сейчас, правильно? Это все, о чем мы можем просить, – мягко сказала она.

У меня появилось ощущение, что она имеет в виду нечто большее, чем жилье.

В соседней квартире раздался радостный визг, и Шторм засмеялась.

– Твоя сестра хорошо ладит с детьми.

– Да, Ливи притягивает их, как магнит. Ни один ребенок не может перед ней устоять. Дома она частенько работала волонтером в местном детском саду. Уверена, у нее будет как минимум двенадцать собственных. – Мой голос снизился до насмешливого шепота, и я прикрыла рот рукой. – Подожди, пока она поймет, что нужно делать с парнями для этого.

– Уверена, поймет она очень скоро. Она поразительная, – тихонько засмеялась Шторм. – Сколько ей?

– Пятнадцать.

Она медленно кивнула.

– А что насчет тебя? Учишься в колледже?

– Я? – Я глубоко вдохнула, борясь с желанием замолчать.

Она задавала слишком много личных вопросов. Но в моей голове раздавался голос Ливи. «Попытайся…»

– Нет, сейчас я работаю. Учеба потом. Может быть, через год или два.

Или десять. Сначала мне надо будет убедиться, что Ливи встанет на ноги раньше меня, это уж точно. Из нас двоих только у нее есть светлое будущее.

Мы надолго затихли, глубоко уйдя в собственные мысли.

– То, что нужно сейчас, правильно? – повторила я ее слова, сказанные раньше, и увидела понимание в этих голубых глазах, едва скрывающих собственные тайны.

Полусонная, я забрела на кухню и обнаружила там Ливи и Мию, играющих в «Маленькую рыбку»[11] за обеденным столиком.

– Доброе утро! – пропела Ливи.

– Доброе утро! – передразнила ее Мия.

– Еще только восемь утра, – пробормотала я, достав из холодильника коробку с дешевым апельсиновым соком, на который я недавно разорилась.

– Как отработала? – спросила Ливи.

– Дерьмово, – сказала я, сделав большой глоток из коробки.

Кто-то резко вздохнул, и я обнаружила, что Мия грозит мне своим коротеньким пальчиком.

– Кейси только что сказала плохое слово! – прошептала она.

Я съежилась, поймав взгляд Ливи.

– Только одно, – сказала я, пытаясь найти предлог для извинений.

Мне придется следить за языком, если Мия будет бывать у нас.

Мия склонила голову набок, будто бы обдумывая мою мысль. Затем, как это обычно и бывает при ограниченной концентрации внимания у воспитанных пятилетних детей, мое отвратительное нарушение было быстро забыто.

– Вы идете к нам на бранч. Не завтрак и не ланч, – объявила она, улыбнувшись.

Теперь наступил мой черед смотреть на Ливи.

– Мы идем?

Нахмурив брови, Ливи встала и подошла ко мне.

– Ты сказала, что попробуешь, – напомнила она шепотом, чтобы не услышала Мия.

– Я сказала, что буду любезной. Я не говорила, что буду обмениваться рецептами маффинов с соседями, – ответила я, изо всех сил стараясь не рычать на сестру.

В ответ она закатила глаза.

– Не драматизируй. Шторм классная. Думаю, она тебе понравится, если ты прекратишь ее избегать. Как и всех других живых существ.

– Довожу до твоего сведения, что я любезно подала живым существам больше тысячи чашек кофе за эту неделю. Некоторым сомнительно живым – тоже.

Ливи сложила руки на груди, и ее взгляд стал унылым, но она промолчала.

– Так что я не избегаю людей.

Да, избегаю. Всех, включая Барби. И Ямочек-на-щеках из соседней квартиры. Его-то точно. Уверена, что несколько раз замечала его подтянутую фигуру, наблюдавшую из окна, как я возвращаюсь ночью домой, но я наклоняла голову и быстро проходила мимо. Все мои внутренности сжимались при мысли снова встретиться с ним лицом к лицу.

– Правда? Потому что Шторм точно так думает. Недавно она вышла из квартиры, чтобы поболтать с тобой, а ты влетела домой, словно молния, раньше чем она смогла поздороваться.