— А каких можно? — осведомился Леня. — И потом, я его вовсе не собирался травмировать, я только хотел научить его пользоваться рогаткой! А самое главное — показать, как надо жевать бумагу!
Толстяк вежливо засмеялся и на всякий случай, от греха, втащил Леню в боковую дверь здания.
— Вы должны понять, у нас не совсем обычный контингент, — продолжал он, поднимаясь по лестнице, — эти дети очень ранимы, их психика чрезвычайно неустойчива…
С этими словами он вошел в просторный, отделанный по последнему слову европейского дизайна кабинет, закрыл дверь и усадил своих гостей в глубокие кожаные кресла.
— Вы что-нибудь выпьете? — Матвей Иванович повернулся к бару, наполненному разноцветными бутылками.
— Что вы, — отрезал Леня, перестав улыбаться, мы на работе!
— А вот Рубен Мартиросович… — начал администратор, но тут же осекся, сообразив, что ляпнул бестактность.
— Вот именно, — строго проговорил Леня, — и где сейчас Рубен Мартиросович?
Толстячок поскучнел. Он выдвинул ящик стола, достал оттуда два конверта и протянул их «санитарным врачам».
— Это еще что такое? — грозно насупился Маркиз.
— Это… — глазки Матвея Ивановича воровато забегали, — это.., так сказать, маленькая компенсация за причиненные вам хлопоты и неудобства… выезд за город и так далее.., опять же, так сказать, компенсация нанесенной вам травмы, я имею в виду рогатку…
— Какая компенсация? — Леня добавил в голос суровости. — Мы приехали к вам в рабочее время, на служебном транспорте.., а что касается рогатки — все мы когда-то были детьми, и некоторые не так давно…
— Но Рубен Мартиросович… — пискнул хозяин кабинета и теперь уже окончательно растерялся.
— Ах, Рубен Мартиросович! Так что же, вы хотите, чтобы мы тоже пошли по его стопам? Ольга Ивановна, — Маркиз повернулся к Лоле, — нам кажется предлагают взятку! Вы представляете?
— Нет, что вы! Какая взятка? — толстяк протестующе замахал ручками, и подозрительные конверты мгновенно исчезли, как будто их и не было. Какая взятка? Вам показалось!
— Ну то-то, — Леня удовлетворенно кивнул, — раз этот вопрос решен, тогда приступим к проверке.
— Матвей Иванович, где у вас пищеблок? — подала голос молчавшая до сих пор Лола.
Кухня «Ручейка» сверкала чистотой, как операционная американского госпиталя. Разнообразие и качество продуктов подавляли воображение.
Толстячок потирал маленькие ручки, довольный произведенным впечатлением. Лола попробовала салат из авокадо с тигровыми креветками, кивнула и с важным видом достала записную книжку.
— Нас на этой неделе в санитарном управлении проинформировали, — проговорила она сухим казенным тоном, — что в продаже появились мягкие игрушки импортного производства, изготовленные из экологически опасных, токсичных материалов.
— Мы для своих детей покупаем только самые лучшие игрушки, — искренне возмутился Матвей Иванович, — не сомневайтесь, только самого высокого качества!
— Тем не менее, я должна их осмотреть, — настаивала Лола, — инструктаж был очень серьезный!
— Как скажете! — толстячок обиженно пожал плечами и вошел в одну из игровых комнат.
В комнате четверо детишек лет пяти под руководством дородной воспитательницы разучивали популярную песню. Воспитательница размахивала полными руками, как заправский дирижер, а детские голоса с большим чувством выводили:
— Нас не догонят! Нас не догонят!
В углу еще двое ребятишек, видимо, начисто лишенные слуха или больше интересующиеся живой природой, кормили кусочками копченой курятины стайку крупных пираний в большом круглом аквариуме. Пираньи ели с отменным аппетитом, отнимая друг у друга кусочки мяса и с интересом поглядывая сквозь стекло на детей.
Лола схватила Маркиза за локоть и возбужденно прошептала:
— Вот он!
Красавец-медведь восседал посреди комнаты в желтом детском пластмассовом креслице. На нем была ярко-оранжевая кепка-бейсболка с надписью «Адидас» и короткие штанишки в крупную синего белую клетку. Штанишки были перепачканы вареньем.
— Держи себя в руках! — еле слышно ответил Леня, почти не открывая рта, — не привлекай внимания! Никто не должен заметить, что мы интересуемся этим медведем!
Лола однако направилась прямиком к медведю.
— Вот именно такого типа мягкие игрушки упоминались на инструктаже! — проговорила она, поднимая мишку и торопливо ощупывая его лапы. Я должна взять небольшой образец материала.
— Вы не испортите игрушку? — забеспокоился администратор. — Она очень дорогая…
— Вас сейчас должно волновать другое, — с пафосом произнесла Лола, — вас должно волновать здоровье доверенных вам детей!
— Да, конечно… — кисло согласился толстяк.
Лола достала маленькие маникюрные ножнички, отстригла кусочек ворсистой ткани возле шва и спрятала его в полиэтиленовый пакетик. Посадив медведя на место, она поглубже нахлобучила оранжевую кепку, повернулась к администратору и спросила:
— У вас есть еще мягкие игрушки такого типа?
— Есть, — администратор повел их в соседнюю комнату.
Выходя из комнаты, Леня задержался в дверях и шепотом спросил у своей подруги:
— Ну что — мимо?
— Мимо! — грустно подтвердила Лола.
