Десять медвежат полностью

– А каких можно? – осведомился Леня. – И потом, я его вовсе не собирался травмировать, я только хотел научить его пользоваться рогаткой! А самое главное – показать, как надо жевать бумагу!

Толстяк вежливо засмеялся и на всякий случай, от греха, втащил Леню в боковую дверь здания.

– Вы должны понять, у нас не совсем обычный контингент, – продолжал он, поднимаясь по лестнице, – эти дети очень ранимы, их психика чрезвычайно неустойчива…

С этими словами он вошел в просторный, отделанный по последнему слову европейского дизайна кабинет, закрыл дверь и усадил своих гостей в глубокие кожаные кресла.

– Вы что-нибудь выпьете? – Матвей Иванович повернулся к бару, наполненному разноцветными бутылками.

– Что вы, – отрезал Леня, перестав улыбаться, мы на работе!

– А вот Рубен Мартиросович… – начал администратор, но тут же осекся, сообразив, что ляпнул бестактность.

– Вот именно, – строго проговорил Леня, – и где сейчас Рубен Мартиросович?

Толстячок поскучнел. Он выдвинул ящик стола, достал оттуда два конверта и протянул их «санитарным врачам».

– Это еще что такое? – грозно насупился Маркиз.

– Это… – глазки Матвея Ивановича воровато забегали, – это… так сказать, маленькая компенсация за причиненные вам хлопоты и неудобства… выезд за город и так далее… опять же, так сказать, компенсация нанесенной вам травмы, я имею в виду рогатку…

– Какая компенсация? – Леня добавил в голос суровости. – Мы приехали к вам в рабочее время, на служебном транспорте… а что касается рогатки – все мы когда-то были детьми, и некоторые не так давно…

– Но Рубен Мартиросович… – пискнул хозяин кабинета и теперь уже окончательно растерялся.

– Ах, Рубен Мартиросович! Так что же, вы хотите, чтобы мы тоже пошли по его стопам? Ольга Ивановна, – Маркиз повернулся к Лоле, – нам кажется предлагают взятку! Вы представляете?

– Нет, что вы! Какая взятка? – толстяк протестующе замахал ручками, и подозрительные конверты мгновенно исчезли, как будто их и не было. Какая взятка? Вам показалось!

– Ну то-то, – Леня удовлетворенно кивнул, – раз этот вопрос решен, тогда приступим к проверке.

– Матвей Иванович, где у вас пищеблок? – подала голос молчавшая до сих пор Лола.

Кухня «Ручейка» сверкала чистотой, как операционная американского госпиталя. Разнообразие и качество продуктов подавляли воображение.

Толстячок потирал маленькие ручки, довольный произведенным впечатлением. Лола попробовала салат из авокадо с тигровыми креветками, кивнула и с важным видом достала записную книжку.

– Нас на этой неделе в санитарном управлении проинформировали, – проговорила она сухим казенным тоном, – что в продаже появились мягкие игрушки импортного производства, изготовленные из экологически опасных, токсичных материалов.

– Мы для своих детей покупаем только самые лучшие игрушки, – искренне возмутился Матвей Иванович, – не сомневайтесь, только самого высокого качества!

– Тем не менее, я должна их осмотреть, – настаивала Лола, – инструктаж был очень серьезный!

– Как скажете! – толстячок обиженно пожал плечами и вошел в одну из игровых комнат.

В комнате четверо детишек лет пяти под руководством дородной воспитательницы разучивали популярную песню. Воспитательница размахивала полными руками, как заправский дирижер, а детские голоса с большим чувством выводили:

– Нас не догонят! Нас не догонят!

В углу еще двое ребятишек, видимо, начисто лишенные слуха или больше интересующиеся живой природой, кормили кусочками копченой курятины стайку крупных пираний в большом круглом аквариуме. Пираньи ели с отменным аппетитом, отнимая друг у друга кусочки мяса и с интересом поглядывая сквозь стекло на детей.

Лола схватила Маркиза за локоть и возбужденно прошептала:

– Вот он!

Красавец-медведь восседал посреди комнаты в желтом детском пластмассовом креслице. На нем была ярко-оранжевая кепка-бейсболка с надписью «Адидас» и короткие штанишки в крупную синего белую клетку. Штанишки были перепачканы вареньем.

– Держи себя в руках! – еле слышно ответил Леня, почти не открывая рта, – не привлекай внимания! Никто не должен заметить, что мы интересуемся этим медведем!

Лола однако направилась прямиком к медведю.

– Вот именно такого типа мягкие игрушки упоминались на инструктаже! – проговорила она, поднимая мишку и торопливо ощупывая его лапы. Я должна взять небольшой образец материала.

– Вы не испортите игрушку? – забеспокоился администратор. – Она очень дорогая…

– Вас сейчас должно волновать другое, – с пафосом произнесла Лола, – вас должно волновать здоровье доверенных вам детей!

– Да, конечно… – кисло согласился толстяк.

Лола достала маленькие маникюрные ножнички, отстригла кусочек ворсистой ткани возле шва и спрятала его в полиэтиленовый пакетик. Посадив медведя на место, она поглубже нахлобучила оранжевую кепку, повернулась к администратору и спросила:

– У вас есть еще мягкие игрушки такого типа?

– Есть, – администратор повел их в соседнюю комнату.

Выходя из комнаты, Леня задержался в дверях и шепотом спросил у своей подруги:

– Ну что – мимо?

– Мимо! – грустно подтвердила Лола.