Куросаки Ичиго упустил момент, когда это произошло. Однажды он просто осознал, что в нём крепко засело тёмное желание запечатлеть след на Иноуэ Орихиме. Элементарно тронуть, оставив на ней частицы своей реатцу и запаха.
Причина первая: Метки
Куросаки Ичиго упустил момент, когда это произошло. Однажды он просто осознал, что в нём крепко засело тёмное желание запечатлеть след на Иноуэ Орихиме. Элементарно тронуть, оставив на ней частицы своей реатцу и запаха.
Именно тогда шинигами понял, как редко они касаются друг друга просто так, по-дружески, и бороться с искушением придумать новый повод для прикосновения становилось слишком проблематично. И стоило Иноуэ Орихиме появиться в поле зрения — мозг начинал одержимо выдумывать глупые причины, отбойным молотком долбя по черепной коробке: «Сделай это. Сделай».
Куросаки Ичиго и Иноуэ Орихиме учились в одной школе и в одном грёбанном классе, поэтому он думал об этом слишком много.
Теребя в руках карандаш, шинигами кидал частые взгляды на соседний ряд. Девушка прилежно записывала слова учителя, а Ичиго вместо этого сосредоточенно сверлил взглядом её спину. Чёрт, о каких формулах могла идти речь, если в голове засела только одна долбанная мысль! Он не замечал, как нервно постукивал каблуком ботинка по полу, и лишь резво вскочил, стоило удостоверению издать писк.
Ками-сама, он ещё никогда так не радовался появлению пустых.
— Куросаки! — гневно воскликнул сенсей, но шинигами уже вылетел из класса.
Драка — это хороший способ выплеснуть свои эмоции, и Ичиго даже показалось, что ему стало легче, когда огромный монстр рассыпался в пыль. Было бы так же просто избавляться от надоедливых мыслей.
Вернуться в школу ученик старших классов не решился. Забив на оставленную в классе сумку, он плёлся по улицам, засунув руки в карманы. Солнце нещадно пекло и без того больную голову, а горячий воздух застревал в глотке.
Завалившись на лавочку, укрытую тенью, шинигами выдохнул.
«Чёрт, это когда-нибудь пройдёт?»
Прикрыв глаза, он глотал сухой воздух, а перед взором мелькал образ русоволосой подруги, и переключиться на что-нибудь ещё не выходило ни физически, ни морально. Шумно выпустив воздух через стиснутые зубы, Ичиго поднялся с места и направился к старшей школе с мыслью, что вещи забрать всё же надо.
Ему «сказочно» повезло почти столкнуться при входе в классную комнату с обладательницей широко распахнутых глаз почти такого же цвета, что и его. Где-то глубоко Ичиго пожалел, что они не столкнулись.
После этой мысли шинигами захотелось, чтобы ему кто-нибудь врезал.
— Ты в порядке, Куросаки-кун? — обеспокоенно хмурясь, вымолвила Орихиме.
Ну вот, теперь она будет беспокоиться. Причин себя гнобить стало на пару пунктов больше.
— Да, — призывая ко всем своим актёрским способностям, кивнул шинигами, даже изобразив на губах жалкое подобие улыбки.
Но Иноуэ Орихиме не поверила ему, а лишь сильнее свела тонкие брови на переносице и недоверчиво переспросила:
— Точно?
— Не переживай, Иноуэ, всё хорошо.
Коснувшись пальчиком нижней губы, она отвела взгляд — Ичиго раньше не замечал, что этот жест такой заманчивый, — и через пару секунд, мягко улыбаясь, прощебетала:
— Мм, похоже, я ошиблась.
И в очередной раз Ичиго заметил, какая у неё чертовски…
— …красивая улыбка.
— А… ам… Спасибо…
Её лицо залил густой румянец.
Твою, он сказал это вслух.
И теперь Куросаки Ичиго, без сомнений, превосходил накама в красноте. Лицо и шея его просто пылали, и шинигами мог лишь выдавливать нечленораздельные звуки, сам даже не зная, что силится сказать. Но, хвала Ками, раздался спасительный звонок.
Растерянные подростки рванули вперёд, и всё-таки врезались в друг друга.
От Иноуэ Орихиме исходило приятное тепло, и Куросаки Ичиго чувствовал на груди её частое дыхание — эти школьные рубашки, определённо, слишком тонкие, — а руки сами сжались на хрупких плечах. Шинигами неосознанно чуть сконцентрировал реатцу на кончиках пальцев, вдавливая в женское тело свою духовную силу, оставляя на нём метки.
Ему определённо пора съездить по зубам.
Нечеловеческими усилиями отцепившись от русоволосой, он попятился, давая ей возможность, пикнув слова извинения, сбежать на следующий урок.
Этого мало.
Грёбанное желание, осуществившись, стало только сильнее.
Причина вторая: Поражение
Домой Куросаки Ичиго вернулся невероятно раздражённым и не без удовольствия зарядил ногой в живот своего отца, как всегда кинувшегося на сына. Хлопнув дверью в свою комнату, он сразу сел за учебники. Но отсутствие Иноуэ Орихиме не освобождало его от мыслей о ней и о том, что случилось.
Шинигами чувствовал такое удовлетворение оттого, что на ней остались его следы, и никакая победа не могла с этим не сравниться.
Чёрт, как это бесило. Он точно не лучше тех идиотов, что пускают слюни, стоит Иноуэ пройти мимо.
Бросив учебники в ящик, Ичиго признал своё поражение.
— Ичи-ни, ужин готов!
Причина третья: Удовлетворение
— Вы какой-то напряжённый, Куросаки-сан, — протянул Урахара Киске, раскачивая сикомидзуэ.
— Я пришёл сюда тренироваться, а не болтать, — огрызнулся шинигами.
— Как скажете, Куросаки-сан, — кивнул торговец, поправив полосатую шляпу. — Кричи, Бенихиме.
Клубы песка взметнулись на пару метров, когда шинигами схлестнулись в поединке.
