Дверь возникла впереди стремительно, почти внезапно. Чёрный, зловещий прямоугольник, для Инны тем не менее ставший символом спасения. Чего-то вроде бы не хватало. Наверху — узкая щель, непонятно зачем: заглянуть или просунуть что-нибудь через неё было бы попросту неудобно. Чуть ниже — ржавые трещины номера: «0195». На миг Инна зацепилась мыслью за этот номер, будто сейчас ей было не всё равно, что он обозначает. Значит ли, например, заглавный нолик, что здесь можно найти как минимум тысячу дверей? Она тут же отбросила эти бесполезные мысли, взгляд опускался ниже: замок со щёлочкой для ключа…
Ах, да: на двери не хватало ручки.
Инна не стала задерживаться и на этом. Толкнула сначала легко без какого-либо результата. Тогда попробовала посильнее, но дверь даже не думала поддаваться. Какая же ты дрянь! — мысленно обратилась к ней. Та никак не прореагировала. Инна одёрнула себя: плохому танцору известно что мешает, сама виновата, надо было прижать её чем-то, когда вошла — так нет, понеслась себе вперёд, как дитя малое… Ладно, рано ещё отчаиваться. Открыла сумочку на поясе, чуть остановила взгляд на зеркальце — но тут же отодвинула его в сторону, даже не успев увидеть своё отражение; впрочем, она бы и не разглядела его как следует в здешнем полумраке. Затем, взявшись за наглухо запаянное незатейливое кольцо, Инна вытащила наружу ключи.
Ключей было около полутора десятка. Самый маленький не превосходил половины большого пальца, самый большой едва помещался в ладони. Она уже прикидывала: так, этот какой-то плоский, точно не отсюда… а этот может и похож, но великоват, не пройдёт в скважину… Отобрала несколько штук и поспешно склонилась к двери. Первый ключ не подошёл. Инна усмехнулась про себя: никогда в жизни не отличалась особенным везением, скорее наоборот — глупо было бы ожидать, чтобы на этот раз всё обернулось иначе. Второй тоже не годился. Так что же, подумала, — самый последний, по законам жанра? Эти «законы жанра» вновь побудили её улыбнуться и даже слегка приободриться. Ну, прогулялась немножко по таинственным подземельям… Зато теперь будет о чём рассказать — это ж подумать только! Ну, ладно. Погуляли — и хватит. Девочка хочет домой. Дом, милый дом…
Четвёртый ключ начал двигаться в замке. Инна едва не пискнула от радости, но в последний момент сдержалась — что-то подсказывало ей: не стоит без крайней необходимости нарушать тишину этого жутковатого места. Поворачивала ключ медленно, будто наслаждаясь каждым пройденным градусом. Когда позади остались все триста шестьдесят, замок щёлкнул. На всякий случай она продолжила вертеть — возможно, одного оборота будет недостаточно. Ключ прошёл ещё полукруг, щёлкнул снова и замер.
Инна взялась обеими руками за кольцо, долженствующее заменить собой отсутствующую дверную ручку, и потянула на себя. Безрезультатно. Попыталась ещё — с точно таким же успехом. Ну, ладно, подумала, может, дверь всё-таки открывается от себя? Она толкнула раз, другой — глухо. Чёртово подземелье упорно не хотело выпускать её из своей утробы. Так, постой-ка: а может, эти дополнительные пол-оборота были лишними? Инна попробовала крутануть ключ назад и столкнулась с новой неожиданностью: он действительно застрял. Теперь он не двигался ни в одну, ни в другую сторону.
Она выругалась матерным словом — на этот раз вслух. Почему-то сразу стало легче, она немного расслабилась, но тут же вновь собралась.
— Ах ты, дрянь, сейчас я тебя!.. — произнесла вполголоса, сильнее сжала кольцо и подёргала туда-сюда. Результатов это не принесло. Ну всё, подумала, вот теперь я начинаю злиться по-настоящему! Инна стиснула кольцо как могла и со всей силы рванула на себя — раз, другой… После третьего она едва не грохнулась на спину — лишь с трудом умудрилась сохранить равновесие. Потом поглядела на плоды своей деятельности: в связке болталось фигуристое колечко, отломавшееся от злосчастного ключа. Остальная его часть — круглый металлический стержень по-прежнему торчала из замка.
Инна схватилась за этот стержень и, уже без всякой надежды, потрясла им в скважине. Замечательно, подумала она. Просто замечательно! Но что же теперь?
Сложив пальцы в кулак, она стукнула по двери:
— Эй, есть кто-нибудь там?
«Там-там-там…» — отозвалось эхо где-то позади. И всё — больше ни единого звука. Нет, так дело не пойдёт! Инна забарабанила по металлу:
— Откройте! Э-ге-гей! Ау-у-у! Откройте, вы, слышите?!
Никто, очевидно, не слышал — а если и слышал, то явно не стремился это показать.
— Дрянь! Сволочь! — кричала она, обращаясь непонятно к кому скорее всего, к двери. Я тебе покажу, проклятая! — добавляла про себя. Я вам всем покажу! Вы у меня больше не посмеете!.. Дура, дура, и зачем надо было вообще сюда соваться, любопытной Варваре нос оторвали, ну какого чёрта, спрашивается — чтоб вы там сами все сквозь землю провалились! — эх, десять тысяч, дура, дура…
