Десять тысяч часов полностью

Из правого уха Сабиры посыпались искры, она перевернулась через кресло и только успела обхватить голову так, чтобы падение не повредило чип. В позе зародыша девушка пролежала ещё минуту, пытаясь привести себя в чувства. Это происходило каждые четыре месяца, но к такому не привыкаешь — каждый раз страшно, как в первый.

У стены напротив в наушниках сидел Пулат, но он даже не оглянулся, хотя почувствовал, что пол под ним содрогнулся: дом был старым и чувствительным. Сабира поднялась на ноги, отряхнулась и показала спине парня язык. Она вновь подошла к компьютеру, чтобы сохраниться и отключить питание.

За окном уже было совсем темно. девушка подумала, что очень удачно закончилась емкость чипа — пора отходить ко сну. Завтра нужно зайти к управляющему: настало время менять устройство. Девушка сладко потянулась. Конечно, процедура неприятная, зато её ожидает свободная неделя. Она уже порядком устала от ежедневных десятичасовых каток. Но деньги платили хорошие, поэтому жаловаться не приходилось. Люди в полях получают в пять раз меньше.

Она вышла из комнаты. В «коридоре бесконечности», как часто жильцы называли проход от кухни до спален, было темно, лишь слегка обзор освещала одинокая лампочка, которая горела над обеденными столами. Но что-то насторожило Сабиру. Она внимательно вгляделась в другой конец коридора, из-за угла выглядывало бледное лицо двенадцатилетней девочки, которая от страха грызла ногти.

— Эй! Э-э-эй, — Сабира помахала рукой и направилась ребёнку, — Нозия, ты чего тут? Опять боишься пройти по коридору?

Девочка кинулась к подруге и крепко обняла, когда та вышла на свет.

— Я засиделась с домашкой, а когда очнулась, то увидела, что уже так темно. Я звала кого-нибудь, но брат уже спит, а вы с Пулатом играли…

— Ну, даёшь. Зачем так трусить? Пойдем.

Сабира взяла за руку девочку, и они вместе прошли до конца коридора. Девушка слегка выругалась, потому что в потёмках никак не могла нащупать ручку от двери, но когда сумела открыть проход в комнату, туда сразу влетела Нозия и спряталась под одеялом.

— То есть под одеялом в тёмной комнате не страшно, а пройти восемь метров по коридору невозможно?

— Да там все десять! — возмутилась девочка.

— Пусть будет по-твоему.

Сабира щёлкнула светильник на тумбочке, и Нозия с облегчением вздохнула. Высунувшись из-под одеяла, девочка нежно взяла Сабиру за руку.

— Поможешь мне расплести косы?

— Ты же и сама можешь с этим справиться.

— Да, но… — девочка замялась и опустила глаза. Сабира усмехнулась: детская непосредственность её умиляла. Она села на кровать и похлопала рядом. Нозия радостно перепрыгнула к старшей подруге со своего места.

— Чего делаешь! Кровать так сломаешь!

— Не сломаю, эта кровать весь Таджикистан выдержит.

Тонкие пальцы Сабиры вплелились в густые каштановые волосы девочки и стали распутывать прядь за прядью. А Нозия тем временем беспечно болтала босыми ногами и любовалась настольной лампой.

— Как же всё-таки круто, что нам поставили такую лампу, — сказала она.

— Нравится?

— Очень, — девочка бодро кивнула и аккуратно, почти не касаясь, провела рукой по красному абажуру. — Она ведь красная. А тут всё серое или зеленое, как будто мы вечно от кого-то прячемся.

Возразить было нечего, поэтому Сабира просто промолчала. Она не помнила, когда в последний раз видела кого-то в яркой одежде, люди ходили одной большой серой массой. Квартирка, в которой они жили, полностью отражала это общество. Но в ней есть холодильник и даже туалет, так что жаловаться на скучную обстановку не приходилось. Однако Нозия была совсем ребёнком, и ей, конечно, хотелось большего — Сабира понимала её чувства.

Прядь за прядью — волосы девочки было тяжело распутать из-за структуры, но трогать их приятно, в отличии от постельного белья, на котором приходилось спать каждый день. Ткань из плохо переработанного мусора была жесткой, кололась и иногда царапала кожу.

— А что брат? Он рано лег, — заметила Сабира.

— Он уже два дня не спал.

— Как же так?

Девочка сконфузилась и стыдливо опустила в голову.

— На прошлой неделе я играла совсем плохо. И ему пришлось отрабатывать за меня. Не могу привыкнуть к этим шутерам. Стрелялки — это совершенно не моё. Не знаю, что теперь делать. Лучше бы оставили прошлые врлоки с футболом. Там было гораздо проще. А еще лучше стрит дэнс…ну почему танцульки потеряли популярность…

— Я могу тебе показать завтра, как стрелять. У меня закончилась ёмкость чипа, но день он ещё точно будет со мной, — Нозия с благодарностью посмотрела на девушку и с жаром вновь обняла её. — Какая ты обнимашка. Если когда-нибудь появиться такой симулятор, то ты побьешь рейтинг самых крутых киберспортсменов.

— Вот бы появилась такая игра!

— Всё, что может придумать наша голова…

— …обязательно превратится в игру! — закончила фразу Нозия.

***