С тех пор, как Маргарет начала пользоваться Жар-Птицей, устройством, изобретенным её родителями, Маргарет привлекла внимание врагов, которые пойдут на всё, чтобы заставить её помочь им получить власть над мультивселенной. Они готовы даже причинить боль людям, которых она любит. Она сопротивляется до тех пор, пока на её парня, Пола не напали и его сознание не разлетелось на кусочки по нескольким измерениям У Маргарет нет выбора, кроме того, чтобы искать каждый осколок души Пола. В этой охоте она бежит через разорванный войной Сан-Франциско, сквозь криминальный мир Нью-Йорка, и сияющий Париж, где у другой Маргарет скрыта шокирующая тайна. Каждый мир — это еще один шаг к спасению Пола. Но с каждым испытанием, через которое ей приходится пройти, она все больше сомневается в судьбе, которая, как она полагала, у них общая.
Клаудия Грэй
ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ НЕБЕС НАД ТОБОЙ
ЖАР-ПТИЦА — 2
Глава 01
В первый раз, путешествуя между измерениями, я намеревалась забрать жизнь. Теперь я пыталась её сохранить.
Но я не могла сделать этого, не спасая свою жизнь. Прямо сейчас я бегу по извилистым улочкам почти-средневекового Рима, пытаясь ну попасть на костер.
Нескончаемое веселье путешествий между измерениями.
— Дочь колдунов! — кричит кто-то из толпы. — Она несет колдовской инструмент!
Её голос и улюлюканье толпы эхом отражается от брусчатки. Некоторые из них держат горящие факелы, чтобы преследовать меня в ночи.
Мои родители — учёные, а не колдуны. В этой вселенной, похоже, никто не понимает разницы.
То, что я несу в кармане своего платья или плаща, или как там называется эта бесформенная красная штука, это не колдовское орудие. Это подзорная труба, то есть примитивный ручной телескоп. Устройство длиной в шесть дюймов выглядит как стимпанк-аксессуар, бока из черепахового панциря, латунные соединения, линзы ручной работы. Но это, должно быть, инструмент, который вытащит это измерение из темных времен, если только сначала не приведет к убийству всей моей семьи.
Тяжело дыша, я ныряю за каждый угол, мимо которого пробегаю. Я всё равно не имею понятия, где нахожусь. Когда я прыгаю в одно из своих других воплощений, другую Маргарет, которая живет в этом параллельном измерении, у меня нет доступа к их памяти. Некоторые их знания и умения остаются, но это только самые глубокие, почти подсознательные вещи. Но знать, где я черт возьми в этой версии Рима? Нет, мне так не может повезти.
Всё, что я знаю, это то, что я должна скрыться. Найти Замок Святого Ангела1, и Пола, который должен быть там, ну, это должно подождать.
Конечно, я в любую минуту могу сбежать из этого измерения, спасибо тяжелому кулону на цепочке, висящему у меня на шее. Для любого в этом измерении он будет казаться не более чем большим, тонко сработанным кулоном с секретом, если они даже заметят его, но скорее всего на него не обратят внимание.
Это не просто какое-то старое колье. Оно не принадлежит этому миру. Это Жар-птица.
Жар-Птица — это единственное устройство, которое позволяет человеческому сознанию путешествовать сквозь измерения. Изобретение моей матери, доктора Софии Коваленко, с помощью моего отца. Эта вещь может унести мой разум из этой вселенной, и доставить меня в моё тело, в мой дом и в безопасность. Даже несясь по альтернативному Риму в шерстяном платье по щиколотки и плаще, скользя жесткими ботинками по влажным от дождя булыжникам мостовой, я держу Жар-птицу в одной руке. Если я её потеряю, я пропала.
Но я не уйду. Я не могу оставить это измерение, пока не выполню то, за чем пришла.
Я должна спасти Пола Маркова.
Несколько еще изгибов и поворотов темной аллеи, и я наконец отрываюсь от толпы. Хотя я все равно слышу бормотание и крики на расстоянии, у меня есть немного времени, чтобы перевести дыхание. Бешеный стук моего сердца начинает замедляться. Я прижимаюсь спиной к стене терракотового цвета, единственное освещение исходит от ламп и свечей, виднеющихся сквозь окна без стекол. И, конечно, от звезд. Я смотрю вверх, и сразу же поражаюсь тому, сколько видно на небе звезд, если нет светового загрязнения.
Пейзаж, лежавший вокруг меня, мог сойти с любого из сотен ранних итальянских полотен, которые я изучала. Это мир без электричества, где только огонь указывает путь после наступления темноты. Тележка, которую тянет осел, дребезжит в отдалении, набитая мешками с чем-то, вероятно, зерном. Забудь о Wi-Fi, планшетных компьютерах или самолетах, здесь даже паровые двигатели изобретут через много веков. Но я не переместилась назад во времени, Жар-Птица этого не позволяет. Но некоторые измерения развиваются быстрее, некоторые медленнее. Я уже была в футуристичных мирах, где все общаются с помощью голограмм и путешествуют на летательных аппаратах. Это только вопрос времени, когда я попаду в мир, где Эпоха Возрождения в самом разгаре.
Но это не совсем то же самое, что наша Эпоха Возрождения. Одежда больше похожа на десятый или одиннадцатый век, и все равно подзорная труба, которую изобрели мои родители, появилась в нашем мире еще нескоро после этого. Однако, по какой-то причине, кажется, здесь нет старого различия полов, и вообще хоть какого-то различия полов. Священник, отдавший меня на растерзание толпе, был женщиной. Я порадуюсь равенству полов чуть позже.
Мужчина, с которым я заговорила, сказал, что я могу найти Паоло Маркова из России в Замке Святого Ангела. Я представляю, что Пол прикован цепями в подземельях замка, его избивают или даже пытают, и хочу заплакать.
Сейчас нет времени для слёз. Я нужна Полу. Плакать будем потом.
И когда я решу всё остальное, то разберусь с Ваттом Конли.