Пока мы ловим слов созвучиеи цедим рифму, как вино,по миру шьётся злополучие,но нами брезгует оно.* * *Я знаю многих, кто до славыдожить не смог, хотя был молод:кого склевал орёл двуглавый,кого убили серп и молот.* * *Моя известность вовсе не заслужена.Я рос в семье тишайших обывателей,писал я для приятельского ужина,и вдруг явились множество читателей.* * *В царящем ныне хмуром лязгестволов ракетных и бронивсе наши внутренние дрязгираздору мышьему сродни.* * *Женщина воркует и курлычет,а кудахтать – вовсе мастерица,но порой так жалостливо хнычет,что мужчина молча матерится.* * *Нынче в самой замкнутой обителикрепнущего зла слышна тональность.Даже дум высокие властителилбы себе отбили об реальность.* * *Я славную себе нашёл стезю,доступную сынам не каждой нации:умею выковыривать изюмиз самой неприятной ситуации.* * *Написал бы я что-нибудь грустноео далёком тяжёлом былом,но сияло хохмачество устноеза убогим кухонным столом.* * *Многие, что явно были штучные,были в полной степени людьми,сделались в года благополучныесуками, скотами и блядьми.* * *Куда-то ушёл, растворился и стихдух алчности, страсти и фальши;теперь я далёк от соблазнов мирских;они от меня – ещё дальше.* * *Это всё же удивительно,что за радость вкусно естьотдают незамедлительнои достоинство, и честь.* * *Я задержусь на этом глобусеи сочен буду, как оладушка,покуда юноша в автобусене скажет мне: «Садитесь, бабушка».* * *Такую люди пишут хреньи лгут нам так торжественно,что жить с рассудком набекреньуже вполне естественно.* * *А доктор, напрасно лечивший меня,сурово промолвит: «Он былупрям и курил до последнего дня»,а после добавит: «И пил».* * *Уже не в силах бегать резвои очень часто чем-то болен,смотрю на мир я так нетрезво,что всем поэтому доволен.* * *Любое застолье хмельноене знает беды и вины,а время струится – больноегорячкой назревшей войны.* * *Дыхание последней мерзкой стужиповеяло в лицо издалека;сознание, что дальше будет хуже,меня ещё не мучает пока.* * *Я ввергнут был в узилище однажды.Такое было время на дворе,что каждый, кто свободной жизни жаждал,свободу ставил на кон в той игре.* * *Приходит вязкая унылость —покоя гнусная изнанка;в такие дни как Божья милость —большая дружеская пьянка.* * *Вдоль по жизни брёл я, спотыкаясь,и легко запреты нарушал;раньше я грешил, почти не каясь,а теперь я каюсь, не греша.* * *Малейший нам радостен признактого, что разумнеют люди,но это всего только призрактого, чего нет и не будет.* * *
