- Да, в первый и последний раз видела его на кладбище. Кариночка-то домой никого не водила из мужчин. Берегла брата – он ведь, как малое дитя уязвимый. Она всегда о других больше заботилась, чем о себе, - тяжелый вздох, - Пусть земля ей будет пухом, бедной девочке! Так о чем мы говорили? Про Андрея ее я больше ничего не знаю! Вы у Анны спросите, если с ней увидитесь – уж она-то должна знать, раз у них с Кариночкой один круг общения был.
- А вы что-нибудь про Лену знаете? Каринину подругу?
- Знаю. А то как же! – Людмила снова отпивает кофе, метким, отработанным движением закидывает себе в рот пралине и размеренно работает челюстями. –. Зашла она один раз, сразу на следующей день после того, как Карина умерла. Вся из себя деловая колбаса, - фыркает она возмущенно. - Костюмчик. Макияжик. Маникюрчик. Причитала: как же так? Кто ее? За что ее? А, стоило мне уйти на кухню за кофейком, как она бросилась в Каринину спальню и принялась у нее по секретеру шебуршать! Вбегаю туда, а она поспешно так дверцу прикрывает. Я ее, конечно, обыскивать не стала, скандалить тоже, но дала ей ясно понять, что отныне ей здесь не рады, - женщина поджала губы и насупилась. – Во дает! У этой прошмандовки подруга умерла, а она по шкафчикам роется, в которых у Кариночки документы хранились. И еще приличного человека из себя изображает! Ладно, Бог ей судья, конечно! – всем своим видом показывая, что, может, Бог и судья, но уж она, Людмила, свое нелестное мнение о Лене составила тогда окончательно и бесповоротно!
- Вы не спросили у нее, что она искала?
- Нет уж, еще чего! Отправила ее восвояси. Но только, что бы Елена ни искала, она этого не нашла. Когда уходила, глазки у нее забегали и она так заискивающе мне предложила: может забудем о том, что вы видели? Она, мол, тут оставила кое-что свое у Карины. Не буду же я против, если она свои вещи заберет?
Вспоминаю, как Ленка протягивает мне на подпись договор аренды подвальной части сада. Упорно настаивает: все расписано так, как я хотела. Я тогда слишком спешила, поэтому сразу читать и подписывать договор не стала. Решила взять домой и там как следует все изучить.
Потом запихнула эту пачку бумаг в секретер. Мне потребовался рабочий договор с нашим АБА специалистом, который я долго и безуспешно искала в своей папке с вкладышами. Потом кто-то позвонил, отвлек, и я, наверно, по ошибке засунула контракт об аренде в файлы с рабочими договорами. Может, этот самый контракт и искала Лена? Зачем? Боже, что она творила за моей спиной?
Вот бы сейчас пройтись по своим документам, найти тот злополучный контракт, но как? Что я скажу Людмиле? Позвольте мне разыскать тут среди вещей Карины кое-что свое?
Внезапно слышу незнакомый рингтон со стороны прихожей. Людмила торопливо топает в прихожую и вступает в разговор с невидимым собеседником:
- Добрый вечер! Я не одна... Каринина подруга с мужем. Да, которая уже раньше звонила... Ага, сейчас передам!
Женщина приближается ко мне и протягивает телефон, смущенно признаваясь:
- С вами тут Анна поговорить хочет. Мишина опекунша. Я ведь ей обязана все рассказывать... Вот, возьмите!
Прижимаю к уху телефон. Перед глазами неожиданно мелькают губы ведьмы Индиры, отчетливо проговаривающие страшные слова. На «А» ее имя начинается! Очень она тебе завидовала. У нее мысли в голове такие были: «Голый, больной придурок!»
Внутренне сгруппировавшись, бесстрастно произношу:
- Здравствуйте, Аня!
- Здравствуйте! Я слышала, что вы приехали навестить Мишу. Не желаете составить мне сегодня кампанию в ресторане? Хотелось бы наедине, если вы не против. Между нами девочками. Посидим, повспоминаем Карину. Согласны?
- Да, - произношу твердо. – Где и во сколько?
Место, которое выбрала Аня, - самый банальный фаст фуд. Пищевой конвейер. Удивительно. Почему из тысяч Питерских заведений общепита она предпочла отужинать именно здесь? Прохожу сквозь ряд пластиковых столов и красных стульев-скамеек и вижу подругу. Или все-таки убийцу?
Кем бы Аня теперь ни была, выглядит она замечательно! Чуть раскосые голубые глаза на совершенном овале лица. Высокий лоб, маленький аккуратный носик и полные губы. Красивая укладка платиновых волос – сама такую дома не сделаешь! Дорого, стильно одета. Даже не скажешь по ней, что всего пару лет назад единственную одежду, которая она могла себе позволить – это купленную по скидкам в комиссионках. Если бы она пригласила меня сюда два года назад, я бы не удивилась. Но ужинать здесь сейчас, когда, судя по всему, у нее водятся деньги?
Присаживаюсь за белый столик. Стараюсь стереть из глаз настороженное выражение. Я тебе, конечно, не доверяю, милая, но тебе необязательно об этом знать. Улыбаюсь и после первых приветствий интересуюсь:
- Что сегодня хорошего в меню?
- Картошка фри в сочетании с карамельным мороженым – просто чудо, как хороша! – произносит она умильно сморщив носик и экспрессивно по-итальянски взмахнув рукой.
