На его рубашке не хватало двух пуговиц, брюки были покрыты пятнами. Он фамильярно взял Малько под руку и потащил его к бару. Симоне не оставалось ничего другого, как последовать за ними. По дороге Берт Марни схватил оставшуюся в чьей-то тарелке дольку ананаса и сунул ее себе в рот. Дальше произошло нечто неожиданное: выругавшись, он опустился на четвереньки, пошарил по грязному полу и торжествующе выпрямился, держа двумя пальцами какой-то маленький белый предмет. Улыбнувшись и продемонстрировав отсутствие зубов, он быстро поднес руку ко рту.
— Этот чертов протез все время от меня убегает! Однажды выпал прямо на улице и по нему проехала машина.
Малько смотрел на него с жалостью, к которой примешивалась изрядная доля отвращения. Каков представитель цивилизованного мира!
— Почему бы вам не сходить к дантисту?
Берт Марни невесело усмехнулся:
— Тогда придется выложить восемьсот долларов!
И он начал жаловаться на жизнь: у него трудности с продажей крови, бедняки из квартала Ла Салин требуют все больше и больше гурдов, да тут еще и неприятности на таможне…
— В общем, из вас здесь прямо сосут кровь, — заметил Малько.
Пока Берт Марни испытующе смотрел на него, чтобы определить, шутит ли он или говорит серьезно, Малько положил на стойку бара десять гурдов и потянул Симону к выходу.
— Эй, а играть-то вы так и не будете? — воскликнул Берт Марни.
Сдерживая раздражение, Малько бросил ему:
— Мы просто ищем нашего друга.
— Кого это? Может, я его знаю?
— Жюльена Лало.
Берт Марии захохотал:
— Он здесь действительно был, но потом уехал в "Суит Соул" в Петьонвиле.
Симона тихо сказала Малько:
— Я знаю, где это.
Они пошли к выходу, не простившись с Бертом Марни. Тот философски пожал плечами и снова уселся за стойку бара.
Открывая дверцу своей машины, Малько заметил на заднем сиденье два силуэта. Его прыжок назад мог бы стать украшением Олимпийских игр. Реакция Симоны была совершенно неожиданной: она рассмеялась и села в машину. Успокоившись, Малько подошел и включил свет в салоне. На заднем сиденье расположились две веселые юные негритянки. Их короткие юбки были задраны до пупка.
Малько сел за руль, испытывая сильную досаду. Симона оживленно беседовала с девушками по-креольски. Несколько раз послышалось слово "бузэн"[9]. Малышки явно никуда не торопились. Одна из них нежно погладила затылок Малько потной ладонью. Симона повысила голос. Незваные гостьи наконец вылезли из машины и растворились в темноте. Малько тотчас же тронулся с места.
— Здесь так принято, — пояснила Симона. — Девицы садятся в машину и ждут владельца…
— Что вы им сказали?
Она улыбнулась:
— Что я тоже "бузэн". Они уговаривали меня обслужить вас втроем!
Улица была пустынна — до кинотеатра "Капитоль" они не увидели ни одной машины. На полдороге к Петьонвилю шоссе было перекрыто: велись ремонтные работы. Им пришлось поехать в объезд. Сразу же после панно с надписью "Петьонвиль" Симона сказала:
— Это здесь!
Крошечная дискотека "Суит Соул" находилась в доме, большую часть которого занимала химчистка. Из-за полуоткрытой двери доносилась музыка. Они вошли. Лоснящаяся от косметики негритянка в кожаных шортах многообещающе улыбнулась Малько. В глубине, у бара, высокая девица с выкрашенными в рыжий цвет волосами и в красном платье, туго обтягивающем ее великолепное тело, флиртовала с мулатом. Площадка для танцев имела форму маленького прямоугольника, расположенного у бетонной стены, возле которой какая-то пара совершала подозрительные телодвижения. К счастью, в полумраке нельзя было различить, чем именно она занимается. На стене кто-то написал красной краской: "Sock it to me, baby"[10]. Целая программа действий…
Жюльена Лало в дискотеке не было.
Симона перебросилась несколькими словами с девицей в кожаных шортах и после короткого колебания сообщила Малько:
— Он отправился в одно довольно специфическое заведение. Это совсем рядом.
На прощание девица в шортах вручила Малько карточку с адресом и телефоном дискотеки.
Они сели в машину, свернули на темную проселочную дорогу и затряслись на колдобинах. Метров через сто, которые они преодолели с черепашьей скоростью, Симона сказала: "Приехали!", вышла и осторожно постучала в дверь какого-то барака. Было темно и тихо. Гроза давно кончилась.
— Что здесь такое? — шепотом спросил Малько.
— Подпольный бордель.
Дверь открылась, и на пороге появилась старая негритянка с керосиновой лампой в руке. Увидев Симону, она нахмурилась. Последовала тихая дискуссия. Симона повернулась к Малько:
— Лало здесь, но она не хочет меня впускать. Впрочем, так лучше: я и сама туда не стремлюсь, да и пора домой. Пойду ловить такси.
— Я потом к вам заеду, — сказал Малько.
— Нет, не нужно, чтобы вас часто у меня видели. Каждый вечер с девяти до десяти часов я буду вас ждать у "Ману" на площади Сен-Пьер в Петьонвиле. Там полно проституток, и на меня не обратят внимания. Желаю удачи!
И она исчезла в ночи…
