Короткий фантастический детектив. Человек – он и в 22-м веке человек. Всяк может раскрыть дело с таинственными уликами, а ты без улик попробуй.
На моей ладони лежал прямоугольник из тонкой пласткерамики. Хреновина, значившая грёбанную пачку разных вещей обо мне.
Удостоверение дружинника «а» класса, на имя Юрия Нагибина. Штуковина, которая определяет, чего мне можно и чего нельзя в нашей любимой и богоспасаемой Росфедерации. Мой шанс на что-то большее в жизни, чем оператор складского экзоскелета. Десять классов и коридор, без связей или родовой выслуги – это плохая комбинация в игре Жизнь. Туз к одиннадцати. Любой дятел из «профобеспов» может меня крыть, как кит камбалу, в любой очереди на хорошее место и ништяки.
С фотографии под слоем ламината на меня смотрел молодой смуглый парень с блестящими угольно-чёрными глазами. Острый нос и тонковатые губы – да я краасавец. Увы, не продажного стандарта. Упс. Моделью для плакатов или роли «сладкого мальчика» в кино – не возьмут.
Два года потраченного времени, сил и немаленькая доля с зарплаты помощника кладовщика ушли на этот «документ». Я кисло скривился.
«Дружинник а класса» – следак, не состоящий на прямой службе в ментовке. В старом кино про атлантистов позапрошлого века, такие ребята звались частными сыщиками. Там это было красиво – брюлики, таинственные яды и духовые ружья. Элементарно Ватсон.
А мне придётся искать пропавших котиков, ловить адовых злодеев выкидывающих помои в парке и копать в какой вонючей заднице спрятан закрысенный в младшем классе учебник. Но за это будут неплохо платить …и только так я могу набить соц выслугу, при своих возможностях.
Пох. Лучше деньги, пахнущие дерьмом – но в руке, чем запах духов, но мимо носа.
Только если я как-нибудь не обзаведусь клиентурой, – я могу своим удостоверением подтереться. А оно сука жёсткое.
Тонкий керамопластик вернулся в карман. Ноутбук высветил на экране официальный сайт оказания услуг. Пальцы бегали по клавишам вбивая предложение.
Ну…Бла бла бла, цена – качество – ассортимент… С пивом покатит.
Переход на почту и чтение документов. Поздравляем…. Выдано… Вот, ваш куратор от МВД … Под этим кадром я официально работаю, и он имеет дополнительные премиальные с моих достижений. Не ахти, но интерес.
Значит просим вежливо, глядишь и скажет, чего полезного. Переписка …Ага Встреча назначена на … Адрес … Пешком минут двадцать…
Итак, «сладкий дом» остался позади. Трёхэтажный вроде-барак из древесно керамического композита, комната в котором обходится мне в хорошую часть зарплаты. Стена, судя по оставшимся местами следам должна была иметь благородную светло шоколадную расцветку «под дерево». Но дешёвая работа и нарушение технологии дали предсказуемый результат. Цвет плиты вышел чуток не тот. Домишко получился мерзкого поносно пятнистого вида.
Предъявление пропуска вахтёру и прогулка по коридору – шарашка не тянет на лабиринт.
Кабинет не впечатлял – пара стульев, шкаф, да стол. Со времён гусиных перьев и стальных трусов – казённые конторы мало изменились.
За столом сидел немолодой, с проседью кадр. Сухая жилистая фигура. Резкое лицо со злыми морщинами у губ. Выцветшие серо-голубые глаза неласково прошли сверху вниз. Как мерку, блин снял.
– Здравствуйте, Кирилл Витальевич.
– Ну привет, стажер. – Мент протянул руку. Рукопожатие у него оказалось достаточно жестким.
– Как видите первым делом к вам. Чисто засвидетельствовать уважение. И возможно спросить совета по дальнейшей работе. – Я сделал почтительную гримасу.
– Совета? Советы могут быть по реальным действиям. Теорию и общую практику в вас вбивали на курсах. Учительствовать сверх того – не моё дело. Регистрация с основной припиской на сетевом ресурсе, уже прошла и желающие могут обращаться. – На лице служивого отразилась тень недовольства. – Если вдруг не хватит логических способностей, сходи в прокат. Заберёшь там специализированный блок ИИ со встроенной нейросетью.
– Такие штуки активно пользуют медики, я знаю. Но на курсах нас жёстко стращали, что ментам такое запрещено по закону. За это же можно статью выхватить? – Я был удивлён настолько, что брякнул в лоб что подумал.
– Медиков пасут и в лоб и скрыто. И в случае ошибки оправдания, что диагноз или рекомендации выданы нейросетью приняты не будут. Немного другая фигня для пилотов и водителей – автопилот можно использовать в разрешённых зонах. В центре города, если поймают – сядешь. Это вопрос ответственности.
Так что наша работа идёт как зона, закрытая для автопилота. Следственное дело надо самому понимать. Нас проверяют – но не пасут. Вот и правильно вас гоняли, что б учились сами. Только ты не сотрудник с присягой. Даже не курсант. Спрос с дружинника не тот.
Если совсем отчаешься от беспросветности в поисках потерявшегося щенка – Старина Жестянка с этим поможет. Только учти, он за годы работы стал чем-то вроде личности. И не просто так он подолгу валятся на складе. – В выцветших глазах блеснула искра скрытого веселья.
Мы достаточно вежливо распрощались.
Прошло несколько дней. Стандартные четырёхчасовые рабочие смены мелькали одна за другой. Ни с государственного, ни с частного ресурса заказов на приходило.
