На что тот скривился, вскочил и попытался было вырвать свою шляпу из под лап кота, но тот внезапно оскалился, поджал уши и завизжал, зашипел столь резко, громко и агрессивно, что даже Вертура и Мариса вздрогнули и попятились, как бы разъяренное животное не бросилось и на них. Незнакомец же ловко, отпрыгнул в сторону, а кот, тут же удовлетворившись произведенным эффектом, зевнул, как будто ничего и не было, отвернулся и снова высокомерно прищурился на солнце в окне.
— Эдмон Даскин! — утирая разгоряченный лоб огромным клетчатым платком, поклонился Вертуре и Марисе незнакомец и смерил детектива веселым внимательным взглядом прищуренных серых глаз — а вы, я полагаю, наши, те самые, новые влюбленные? Очень рад за вас, надеюсь, вы пригласите меня на банкет в честь вашей помолвки, а то что-то скучновато у вас тут в Гирте. Ни одного нового лица, сплошные морды. Анна, как поживает ваша сестрица? Я вот как раз все ждал вас, страдал в обществе этих зануд, чтобы вы проводили меня к ней!
— Возьмем его с собой? — не обращая внимания, на эту болтовню, спросила Мариса у Вертуры и пояснила — Эдмон обещал Еве жениться на ней и умотал куда-то в деревню. Она обещала спустить его с лестницы.
— Эсквайр Марк Вертура — совершил легкий поклон, представился детектив.
— Все. Мы с вами друзья и за знакомство вы обязаны меня угостить! — взмахнул полой плаща Даскин и обратился к Инге — так, отберите мою шляпу из лап этого наглого животного! Не могу же я явиться без шляпы к моей невесте!
Инга кивнула и, недобро усмехнувшись, вынула шляпу из-под кота и от локтя запустила ее в раскрытое окно.
— Эх, шляпа упала — развел руками Даскин — жду всех на улице.
И вышел из отдела.
— Я с вами! — как будто только и ожидая этого момента, отбросил журнал, вызвался доктор Сакс и, вскочив от стола, схватил свою шляпу и с размаху нацепил ее на голову так, что перекосились очки.
— Мэтр Сакс, а вы не староваты для таких развлечений? — поинтересовалась у него Инга — фестивали, игривые женщины и пьянство могут серьезно подорвать ваше здоровье изнеженное сидячей работой и умными книгами!
— Прежде всего, я самоотверженный ученый-натуралист! — тыча себе пальцами в грудь, твердо заверил ее доктор и, осушив фужер с чаем прибавил — чтобы писать убедительно, я на собственном опыте должен познавать суть всех человеческих отношений!
— А вы? — поинтересовался у Инги напоследок детектив, чем вызвал недовольство и без того лишенного шляпы кота Дезмонда.
— Мы с Лео дежурим — ответила она ему и назидательно заверила — не всем же в жизни только пьянство и развлечения.
Вертура, Мариса и доктор спустились во двор. Эдмон Даскин уже нашел свою шляпу и теперь ожидал остальных у столба, точил ноготь об зуб, приглядывался, ровно ли, глазел на Фанкиля, отвлекал его от упражнений.
— А как вы в Ордене отличаете друг друга в толпе, ну, если конспирация и под прикрытием? — спрашивал он.
— Вот по какому признаку бездельники узнают друг друга, чтобы собраться и напиться? — демонстрируя выходящих на двор коллег, назидательно отвечал ему Фанкиль — вот и нормальные люди примерно также, только совсем по другим критериям.
— Вы такой умный Лео, а до сих пор не епископ! — игриво отойдя на шаг в сторону, весело бросил ему Даскин и, приметив вышедших из калитки коллег, присоединился к ним и, приложив руку к лицу, прибавил, словно бы так, чтобы не услышал Фанкиль.
— Вот смехачи-то какие, упасть можно! А на Страшном суде они также будут шутки шутить?
— Так это вы жених Евы? — без обиняков, спросил у него доктор Сакс и затер руки, заиграл лицом, заулыбался так, как будто-бы представил себе что-то невыразимо пошлое. Даскин сделал оскорбительный вид, что доктор для него пустое место и ничего не ответил.
Все вместе с Вертурой и Марисой, они вышли на проспект и свернули к северным воротам Гирты. Прошли два квартала по проспекту Рыцарей до того самого дома на перекрестке с проспектом Цветов, до которого в день их знакомства провожал Марису детектив. Зашли в стеклянные двери ресторана, с некоторым трудом протиснувшись через собравшуюся прямо перед выходом, решающую, куда сейчас лучше пойти развлекаться веселую компанию богатых молодых людей.
