– Это я уже понял, но… видите ли, оказывается, не все слухи здесь разносятся с такой безумной скоростью. Некоторые из жителей Гринбелла самые страшные скелеты хранят глубоко в шкафу, – за разговором они прошли в столовую и остановились около накрытого стола. – Но кое-что нам уже удалось выяснить. Оказывается, у этой банды гангстеров есть помощники среди местных… Могли бы вы такое предположить?
– Да что вы говорите! Не может быть! И кто же это, позвольте узнать?
– Увы, этого я вам не могу сказать. Информация защищена тайной следствия, верно, детектив? – Стэн обернулся к Мёрдок.
– Не думаю, что супруги Мейсон станут болтать об этом, – сказала она, пока Рэндалл придвигал ей стул и сам усаживался наискосок – во главу стола – с выражением крайней заинтересованности на лице, – поэтому, я думаю, им можно об этом сказать. При условии, что эта информация не покинет данную комнату.
– Конечно, – горячо заверил Рэндалл.
Элизабет чуть кивнула и села за стол напротив Мёрдок, так и не дождавшись, когда кто-нибудь за ней поухаживает.
– Говорят, что это был мистер Прескотт.
– О, – слегка разочарованно протянул Рэндалл и откинулся на спинку стула.
– Это тебя, похоже, совсем не удивляет?
– Увы, Мэдлин, не могу сказать, что удивлён этиму. Прескотт был той ещё занозой и не гнушался всяческих… методов. Он хотел прибрать себе второй этаж над лавкой, но я предложил более высокую цену. Он мне этого не простил. Так и ходил каждый день, то ругался на моих рабочих, что они мешают ему и распугивают клиентов. А как они, простите, должны работать? При свете звёзд? То грозил городским советом, а совет-то он и есть да Мёрдок… Простите, мистер Мёрдок. Мисс Дейзи не в счёт. Ох, не знаю, какие у твоего отца были делишки с этим стариканом, но ты бы у него порасспрашивала про эту вашу банду. Может, он что-то и скажет.
– Ты в чём-то подозреваешь моего отца? – спросила Мэд, даже не скрывая угрозы.
– Ну что ты, конечно же, нет, – нервно рассмеялся Рэндалл. – Э-э-э, а почему бы нам не поговорить о чём-нибудь более приятном и не приступить к нашему ужину? – он протянул руку к колокольчику, стоявшему на столе, и на звон в столовую вошёл слуга – высокий седой темнокожий мужчина в старомодной ливрее.
С молчаливого одобрения Рэндалла он с застывшей на лице маской учтивости принялся разливать по бокалам вино. Разговоры на какое-то время стихли. Стэнли посмотрел через стол на Элизабет, которая в волнении ёрзала на краешке стула, бросая взгляды на своего супруга, безуспешно пытаясь получить хоть грамм его внимания. «Красивая, даже очень, – подумал он, – но, похоже, совсем не имеет здесь права голоса. Или не хочет иметь. Из нее бы получилась идеальная гейша…»
Растущее с каждым мгновением раздражение требовало выхода, и Стэн задал давно зревший в его голове вопрос:
– Мистер Мейсон, простите, что вынужден вернуться к не очень приятной теме, – прервав повисшую паузу, он приподнял наполненный на треть бокал, – а что вы делали утром в день убийства? Конкретно – с шести до половины восьмого?
Рэндалл напрягся, а Элизабет бросила на него испуганный взгляд.
– Я был дома с моей супругой, – ответил он после небольшой паузы. – Правда, дорогая?
– Да, конечно, милый, – не слишком уверенно улыбнулась она.
– А что, мистер Флеминг? Хотите узнать, не видел ли я в то утро чего-нибудь подозрительного?
– Вы же понимаете, мистер Мейсон, нам нужно проверить все возможные версии… А у вас был вполне чёткий мотив. Столкновение интересов. Скажите, кто-то ещё может подтвердить, что вы находились дома в это время?
Рэндалл застыл с вилкой в руке, и на его лице проступили красные пятна. Широко раздувая ноздри, он перевёл взгляд со Стэна на Мэд и обратно. Слуга с интересом поднял бровь, наблюдая за реакцией своего хозяина.
– Уму непостижимо, – наконец выдохнул Мейсон. – Вы считаете, что это сделал я?
– Ну что вы, Рэндалл, – Стэн доверительно взглянул в его лицо и, сделав небольшой глоток из бокала, поставил его обратно на стол, – конечно, нет, разве я могу подозревать вас? Вы же пацифист, в конце концов. И очень гостеприимный человек. Кстати, хорошее вино, вы наверняка заказывали его прямо из Франции?
– Вам правда нравится, мистер Флеминг? – с удивительным воодушевлением Элизабет вдруг подалась вперёд. – Это вино с виноградников моего отца. Первую виноградную лозу наш предок действительно привёз из Франции. Его фамильный замок сожгли во время войны с Наполеоном, и эта лоза – единственное… – недовольное покашливание со стороны Рэндалла пресекло этот неожиданный поток слов, и, замолкнув на секунду, миссис Мейсон склонила голову и едва слышно закончила фразу, – что у него осталось.
Этот порыв казался таким искренним и даже наивным, Стэну сразу же захотелось проглотить свой сарказм.
– В самом деле, мадам, вино просто роскошное, и вы вполне можете гордиться своим отцом… И тем, что осталось от его прошлой жизни.
Щёки хозяйки вновь вспыхнули, и Рэндалл уже открыл рот, чтобы вставить очередное замечание, но Стэн опередил его:
