— Теперь, после твоего возвращения, превосходно. — Я не сомневался в искренности чувств Хиллмана, но все же в том, как он их выражал, было что-то фальшивое. Я заметил, как вздрогнул Том от прикосновения Хиллмана.
Из дома вышла Элейн Хиллман. В ярком электрическом свете ее лицо показалось мне еще более морщинистым, чем обычно, и таким белым, словно кто-то стер с него все естественные краски. Только глаза ее ярко блестели.
Она была такой маленькой и худенькой, что вполне могла сойти за подростка.
— Вы вернули его нам, мистер Арчер. Да благословит вас Бог!
Миссис Хиллман положила свою руку на мою и разрешила подвести к Тому.
Он стоял как послушный сын, а она приподнялась на цыпочки и поцеловала его в грязную щеку. Едва дождавшись конца процедуры, Том попятился, прислонился к машине, сунул большие пальцы за пояс брюк и застыл. Вот так обычно стоят у своих машин где-нибудь на обочине шоссе подростки, когда их допрашивают полицейские. Лишь отдаленный шум на дороге нарушал воцарившееся молчание.
— Бессмысленно лицемерить дальше, — заговорил наконец Том. — Я знаю, кто я. Майк и Кэрол были моим отцом и матерью. И вы это знали.
— Только не я, — быстро ответила Элейн.
— Но ты же знала, что у меня есть настоящая мать?
— Да, конечно.
Она тоскливо посмотрела на мужа, но тот молча отвернулся.
— Я не могу больше оставаться здесь! — с отчаянием произнес Том. — В течение всех этих лет вы ломали комедию, а когда я в чем-нибудь нарушал ваши порядки, вся вина ложилась на меня.
— Но я бы сказал, что все обстояло как раз наоборот, — обрел голос Хиллман.
— Да? Значит, по-вашему, я снова совершил плохой поступок, бежав от вас? Ну что ж, наказывайте меня!
— Никто не собирается тебя наказывать, — возразил Хиллман. — Но попытка убийства — это нечто такое, на что сквозь пальцы не посмотришь.
— Попытка убийства?! — с возмущением воскликнул Том. — Чушь!
— Не смей так разговаривать со мной! — вздернул подбородок Хиллман.
— Или ты опять упрячешь меня в «Забытую лагуну», к этой банде психов?
— Этого я не говорил.
— Верно. Но однажды уже сделал.
— Да, да! — вмешалась Элейн. — Твой отец поступил необдуманно. Давайте забудем все, пойдем домой и снова станем друзьями.
— Не отец он мне! — упрямо тряхнул головой Том.
— Но друзьями-то мы можем быть, правда? — В голосе миссис Хиллман прозвучали просительные нотки. — Разве мы не можем забыть плохое, радоваться, что оно позади и что мы опять вместе?
— Не знаю… Мне бы хотелось куда-нибудь уехать на время, пожить одному, подумать.
— Вздор! — крикнул Хиллман, но тут же пожалел о своей вспышке, подошел к Тому, положил руку ему на плечо и примирительно заметил: — А знаешь, пожалуй, это неплохая мысль. Как воспитанные люди, мы вполне можем обо всем договориться. Помнишь, мы с тобой собирались отправиться в следующем месяце в наш охотничий домик в Орегоне? Почему бы не ускорить поездку?
Том слушал без всякого интереса. Не дожидаясь его ответа, Элейн взяла мужа под руку и повела в дом. Мы пошли за ними. У двери нас встретила миссис Перес. Она ласково поздоровалась с Томом, и он ответил ей довольно сердечно.
Узнав, что Том хочет есть, она бодро умчалась на кухню. В ярко освещенном холле Хиллман внимательно осмотрел юношу.
— Тебе надо сейчас же подняться к себе, помыться и переменить костюм.
— Сейчас же?
— Это просто пожелание, — миролюбиво отозвался Хиллман. — К нам должен приехать лейтенант Бастиан из полиции, и мне бы хотелось, чтобы ты больше походил на себя.
— И он возьмет меня с собой? За этим и едет?
— Нет, насколько это будет зависеть от меня… Знаешь, я, пожалуй, поднимусь вместе с тобой.
— Я и сам могу переодеться.
— Но надо же посоветоваться, что сказать ему. Зачем без надобности совать шею в петлю…
— А я скажу ему правду, и все!
Том направился к лестнице. Элейн и Ральф провожали его взглядами, пока он не скрылся наверху, и некоторое время прислушивались к удаляющимся шагам.
Мы перешли в гостиную. Хиллман достал из бара бутылку, налил себе вина и с наполненным стаканом вернулся к нам, напоминая выходящего из-за кулис на авансцену актера.
— Неблагодарные сыновья похожи на зубы змия, — процедил он.
— Если ты пытаешься цитировать из «Короля Лира», — сидя на кушетке, сухо заметила Элейн, — то следовало бы сказать так:
Но твоя цитата не совсем уместна, поскольку Том не мой ребенок. Ты бы лучше вспомнил слова Эдмонда из той же пьесы:
«Храните, боги, незаконных впредь!»
Хиллман залпом выпил вино и, пошатываясь, несколько раз прошелся по комнате.
— Почему не едет Бастиан? — раздраженно бросил он. — Скорее бы отделаться от него… Я ожидал сегодня веером Дика, но он, видимо, нашел что-то более интересное. До чего же тяжко у нас тут, в доме!
— Это я знаю уже много лет, и уже много лет — ради Тома — делаю вид, что под этой крышей царят мир и благодать. Забавно, не так ли?
— Не вижу ничего забавного, — буркнул Хиллман.
