Я вспомнила психологические тренинги, на которых учила, как строить свои взаимоотношения с людьми, и спросила хорошо поставленным озабоченным голосом:
– Я могу вам помочь?
– Чем же? – желчно отозвался профессор.
– Ну… не знаю. В зависимости от того, какая у вас проблема.
– Жена ушла – вот и вся проблема. И чего ей не хватало! Как подумаю, так бы и придушил ее вместе с хахалем.
– Все образуется, – сказала я, окидывая взглядом ресторан: может быть, Александр стоит у стола и набирает в тарелку еду? Нет, его нигде не было видно.
– А… соседа нашего не видели?
– Он в парке. По-моему, собирается вместе с друзьями на рыбалку.
– Какими друзьями?
– Он приехал первым, а потом подтянулась его компания. Во всяком случае, он мне так сказал, – услышала я от Павла Николаевича.
– Понятно.
Я выпила кофе, съела парочку фруктов и рванула на улицу.
Александра я увидела около экскурсовода. Он стоял в компании пяти или шести мужчин, и они все о чем-то увлеченно говорили. Я подошла ближе. Увидев меня, Александр замахал рукой.
– Привет! – сказала я, подходя почти вплотную.
– А… привет! Это Капитолина, я вам о ней рассказывал, – обратился он к своим знакомым. Те с любопытством посмотрели на меня.
У меня все оборвалось внутри. Неужели я стала героиней пошлых рассказов? Ну тех самых легендарных мужских откровений, где они, не стесняясь друг друга, хвастаются амурными подвигами, и непременно в подробностях и деталях? И чем они смачнее и живописней – тем лучше: тем больше котируется среди мужчин этот казанова – покоритель женских сердец и тел. Вот и мой новый любовник наверняка уже успел похвастаться перед приятелями своей добычей. Мол, как приехал, так и заарканил эту дамочку, жаждущую мужского тепла и внимания!
– Можно тебя на минутку? – вежливо попросила я.
– Хоть на две.
Мы отошли в сторону.
– И что ты обо мне говорил? – набросилась я на него. – Хвастался, что ли?
– Ты о чем?
На его лице отразилось недоумение, но я была слишком опытным человеком, чтобы купиться на это. Мужчины – великие актеры и зачастую играют намного лучше женщин – ярче, бессовестней, артистичней.
– Прекрасно знаешь о чем!
Я смотрела на него неотрывно, и воспоминания о прошедшей ночи нахлынули на меня шальной морской волной: мне захотелось снова прикоснуться губами к его шраму и ощутить тяжесть и силу его рук.
Я отвела взгляд в сторону, боясь, что он прочитает в моих глазах слишком много – то, что я хотела скрыть.
– Я все-таки не понял, за что ты на меня сердишься? Я просто сказал своим приятелям, что познакомился с прекрасной женщиной. Вот и все.
– Как же, как же! Может, ты им еще все подробности расписал?
Он посмотрел на меня так, что мне показалось – сейчас ударит, наотмашь, не раздумывая. Я невольно отшатнулась.
Александр посмотрел на меня сверху вниз – он был выше меня почти на голову, – а потом сказал сухим бесцветным тоном:
– А я-то был о тебе лучшего мнения, Капа!
– И что? – спросила я, чувствуя, как на глазах выступили слезы.
– Ничего.
Он развернулся и пошел к своей компании. А я стояла и глотала воздух, словно мне только что нанесли удар под дых, от которого я никак не могла прийти в себя. Впрочем, так оно и было.
Та эйфория, то ликование, которые я испытывала ночью и утром, испарились без следа. Улетучились как легчайшая эфирная субстанция. Я всегда знала, что счастье – хрупкая реальность: как будто сказочно красивая бабочка садится на ладонь всего лишь на миг и тут же улетает.
Я побрела по парку. Увидела Павла Николаевича, сидевшего на скамейке, и непонятно почему подошла к нему. Он такой же бедолага, как и я. Может, встреча двух горемык поможет каждому из нас хоть немного отвлечься от собственных проблем?
Профессор оказался интересным собеседником. Он рассказал мне о Вьетнаме: о его древней культуре, французских колонистах, войне с Америкой. Вот только эта информация была для меня журчащим фоном, а в голове вместо лица профессора появлялось другое лицо, другие глаза и другая улыбка.
«Влюбилась ты, что ли, Капа?» – подумала я и не сразу сообразила, что произнесла это вслух.
– Что? – Павел Николаевич посмотрел на меня с удивлением.
– Ничего, это я так…
Теперь я время от времени ловила на себе странные взгляды Павла Николаевича, словно он решал про себя какую-то задачу.
Наконец мне надоело сидеть на скамейке и слушать его бесконечные рассказы. Я поднялась и выдавила из себя улыбку:
– Спасибо за компанию. Было очень интересно.
– Я провожу вас, – встрепенулся профессор.
– Да не стоит.
– Нет-нет.
Он все-таки проводил меня до домика, и только я собиралась кивнуть на прощание и сказать «до завтра», как Павел Николаевич взял меня за руку повыше локтя.
– Капитолина Викторовна! Я… – он запнулся. – Я хотел бы познакомиться с вами поближе.
Я чуть не расхохоталась. Но обижать профессора – все равно что обижать ребенка.
– Не думаю, что это хорошая идея.
Но тут мой собеседник сделал то, что я от него никак не ожидала: он обхватил меня руками и втянул внутрь. Как только дверь закрылась, он крепко вцепился в меня и стал целовать как помешанный.
