Детективное агентство «Аргус» [сборник] полностью

Убедившись, что за мной не следят, я свернул в парк, отнес сумку через потайной ход в замок, вернулся и, остановив такси, попросил подвезти меня к полицейскому участку. Расплатившись с водителем, я зашел в дежурную часть, назвал себя и сказал, что необходимо срочно переговорить с комиссаром полиции.

— Вам повезло, — он еще на работе, — заметил дежурный и, спросив по внутреннему телефону, примет ли комиссар господина Дюрена, объяснил мне, как пройти в его кабинет.

Комиссар оказался полным мужчиной с небольшой лысиной и цепкими, щупающими глазами. Пригласив меня сесть, он спросил: «Вы тот Дюрен, который вчера ночью исчез из гостиницы?»

— Да, — ответил я. — И мне хочется сообщить об обстоятельствах этого исчезновения.

Комиссар включил магнитофон. Я подробно рассказал о преследовании меня Курчавым, о ловушке в замке (умолчав о тайнике и другом, могущем показаться странным), о захвате и плен и попытке убийства, не осуществившемся из — за незнания бандитами, что моя левая рука искусственная и яд не проник по ней в тело.

Комиссар прервал меня только один раз — в начале разговора. Попросив подождать, он вызвал кого — то из соседней комнаты. К моему удивлению, вошел человек, которого я прозвал Коммерсантом.

— Энрико Ковальски, — представился он. — Вас приняли за полицейского по моей вине: я подстроил это, отводя подозрения от себя. Мной должен был стать первый поселившийся в то утро и гостинице мужчина, — им оказались вы. А позже, насколько я понял, вы своими действиями окончательно убедили преступников в правильности их выводов.

— Вы всегда так работаете? — насмешливо опросил я и, видя, что Ковальски не понимает, объяснил, — спасая себя за счет другого?

Ковальски вспыхнул и сердито посмотрел на меня.

— Успокойтесь, — вмешался комиссар и попросил меня продолжить рассказ.

Произвел он сильное впечатление, особенно, когда я назвал услышанные в подвале имена и эпизоды.

— Вы узнали больше нас, — с удивлением констатировал комиссар. — Ковальски тоже установил ряд фактов, но его сведения касаются периферии и связей, а вы проникли в центр.

— Организация госпожи Мюре, — главный перевалочный пункт, через который в страну переправляют наркотики, — пояснил Ковальски. — Мы наблюдаем за ней уже полгода, а сегодня — отчасти благодаря вам — будем ставить в ее деятельности последнюю точку.

Пока комиссар через дежурного собирал оперативные группы, а Ковальски ездил куда — то за спрятанными агентурными материалами, я сидел в коридоре, наблюдая царившую вокруг суматоху. Наконец группы были собраны, проинструктированы и разъехались выполнять задание.

В течение часа полицейские задержали и доставили в участок восемь человек, и среди них — моего старого знакомого Курчавого. В подвале гостиницы и у двух членов банды обнаружили наркотики и незарегистрированное оружие — в том числе и то, из которого стреляли в меня.

— Для предъявления обвинения хватит: остальное покажет суд, — заключил комиссар. — Жаль, не поймали госпожу Мюре: она сбежала из гостиницы за десять минут до прихода полиции. Горничная рассказывает, что перед этим кто — то звонил ей по телефону.

— Странная история, — задумчиво сказал я. — Лично у меня алиби: я все время находился в коридоре.

— Не обижайтесь, мы вам верим, — засуетился комиссар, и, меняя неприятную тему разговора, спросил: «Куда вы теперь?»

— У меня оплачен до завтра номер в гостинице, — пожал я плечами. — Но я попрошу у вас до утра охрану: госпожа Мюре, да и другие члены банды, еще на свободе, и могут попытаться устранить меня как нежелательного свидетеля.

— Резонно, — согласился комиссар. — Мы возьмем вашу комнату «под наблюдение.

Меня отвезли в «Найтингель» и проводили в номер. Здесь ничего не изменилось: вещи лежали там, где я оставил их, уходя на свидание с госпожой Мюре.

Полицейские пожелали мне спокойной ночи. Я ответил им тем же и тщательно запер за ними дверь…

Рано утром я проснулся от громкого стука. Вскочив, я накинул халат и повернул ключ в замке: в открывшуюся дверь вошли полицейскии комиссар и Ковальски.

— Извините за вторжение, — поздоровавшись, сказал комиссар. — Получено сообщение, что на рассвете при очень странных обстоятельствах убит ваш знакомый Фосс. Мы едем туда и я буду рад, если вы составите нам компанию. Ждем вас внизу.

Комиссар и Ковальски ушли. Я умылся, оделся и спустился к ожидавшей меня машине.

Калитка, ведущая во двор Фосса, была распахнута; возле ворот толпились зеваки, стоял полицейский. Еще несколько полицейских и экономка Фосса встретили нас в доме; увидев меня, экономка открыла в ужасе рот и стала показывать что— то, тыча в меня пальцем.

— Насколько я понимаю, — сказал Ковальски, оборачиваясь, — она обвиняет в убийстве вас.

— Спросите об этом у ваших сотрудников, дежуривших в гостинице, — устало возразил я — Вы же знаете, что это исключено.

Мы поднялись на второй этаж. Ведущая в кабинет Фосса дверь была снята с петель и стояла, прислоненная к стене; дверной проем загораживал сейф, отодвинутый в сторону так, чтобы можно было пройти.