Тряхнули мы славно! Желтые газеты опять дадут первополосные снимки: «Русская звезда проматывает деньги в казино!» Я еле утащил разгулявшегося Вову.
– Пойдем, пойдем, прием начинается… Ахмед будет злиться!
Опять – дворец, опять – шикарная публика. Я почему-то вспомнил Эжена – он тогда был графом Дюбуа… Вот бы с кем посоветоваться!
Сияющий Ахмед знакомил Вову и меня со звездами. Эти имена небожителей я раньше мог только слышать… А здесь… Улыбки, светские разговоры ни о чем… Как бы была счастлива бабуся, увидев меня сейчас – равного среди равных…
А вот и знакомое лицо – порнозвезда из Голливуда.
– Джон!
– Алекс, Вова! Как дела?
– Да вот, снимаем…
– А ты?
– Как всегда… Пока пользуюсь успехом!
– Амплуа сменить не хочешь? – выпалил вдруг Вова.
– В смысле?
– Снимешься у нас, в серьезной роли… – он глянул на меня. – Ты не против?..
– Ну, что ты!
Джон задумался.
– Так неожиданно… А что, может, попробовать?
Да, это, несомненно, добавит успеха нашему проекту…
Джон с Вовой уже куда-то уединились с длинноногими девицами, а я все думал над словами Альбера… Где же искать эту «ля фам»?
– Ты чего стоишь один? – спросил Ахмед.
– Да так… Задумался…
– Много думать – вредно. Хотя бы сегодня…
– Я постараюсь ради дела…
– Вот и умница!
– Послушай, ты ведь был уже большой, когда приезжал к нам… Может быть…
– Что?
– Дед и бабуля… Может, что-нибудь говорили о родителях, чего мне знать не полагалось?..
Он нахмурился:
– Нет. Не помню. Они ведь никогда плохо ни о ком не отзывались…
– Ну, может, хоть что-то?
– Вспомню – скажу… А пока – вон, тебе восходящая звезда глазки строит…
Восходящая звезда, напоминавший Тони Кертиса времен расцвета Мэрилин Монро, принялся вести светскую беседу, демонстрируя сияющую улыбку. Когда Ахмед и другие гости отошли от нас, он наклонился к моему уху и на чистом русском выпалил:
– Слушай, пойдем поссым, сил нет терпеть, а я не знаю – где здесь сортир…
Я засмеялся:
– Ну, идем!
И мы важно проследовали в комнату для мальчиков.
– Во, кайф! – выдал он, стоя у писсуара. – Нравится?
И развернулся ко мне не застегнутой прорехой.
– Впечатляет. А вид сзади можешь продемонстрировать?
Он молча спустил штаны и повернулся:
– Ну, как?..
– Слов нет…
Звезда довольно засмеялась.
– А резинка есть?..
Я кивнул.
– Чего тогда стоим?..
И мы начали действовать…
Через полчаса, выйдя к публике, мы застали там Джона и Вову.
Моя звезда – Гришка, он же Грегори по-киношному, радостно облобызал Джона – они оказались старыми друзьями, и с восхищением в глазах познакомился с Вовой. Тут я, кстати, и узнал его имя. Прямо, как в старом анекдоте – это еще не повод для знакомства…
– Ну, как новый знакомый? – спросил подошедший шейх, улыбаясь.
– Старый ты сводник!
– Вот и делай после этого добро людям! Да, кстати, единственное, что я вспомнил, – твоя бабушка все время была недовольна знакомством твоей маман с какой-то Светланой. Кто такая – не знаю. Кажется, они вместе в институте международных отношений учились. Не думаю, что тебе это что-то даст…
– Хоть что-то… И на том спасибо…
– Ну да. На мелководье… Кто-то там рыба?.. Омар, что ли?
– Рак.
– Блин, уже русский начал забывать! – от души выпалил Ахмед.
Какая-то киношная старушка в брюликах ошарашено уставилась на шейха, выражающегося по-русски. Не удивлюсь, если эта мадам поняла, что он сказал. Наших людей где только не встретишь!
Чье-то до боли знакомое лицо мелькнуло в светской тусовке. Неужели – Стасик? Точно – он! В цивильном виде я его на подобных мероприятиях ни разу не встречал.
Он подошел к нам с Вовой, и, как всегда, когда бывал не в образе, выдал:
– Привет, бойцы!
– Здравия желаю, товарищ командир! – съязвил я.
– Молодец, одобряю! – он хлопнул меня по плечу. – Слушай, помоги. Я же по-иностранному сам знаешь, как понимаю. А тут какая-то телка докопалась. Что ей надо?
– Веди к своей телке…
Телка оказалась сильно раздавшейся французской кинозвездой героических шестидесятых.
– Мадам что-то хотела сказать?..
– Мадемуазель, – поправила она меня. – Мсье, – она кивнула на Стаса, – как нельзя лучше подходит на роль в моем новом фильме…
Я перевел.
Стасик очумело уставился на дамочку.
– А про че кино? – наконец, выпалил он.
– Про любовь, естественно… Вы когда-нибудь видели меня в других фильмах? – кокетливо сказала француженка.
Если честно, то я видел всего один ее фильм сорокалетней давности. Что же касается Стасика… Его любимым кино, насколько я знаю, была трилогия о неуловимых…
– И что?.. – уставился на меня Стас.
– Да соглашайся ты… Не каждый день тебя во французское кино приглашают…
– Он согласен, – сказал я дамочке, лучезарно улыбаясь.
– Я тебе когда-нибудь плохое советовал?.. – это уже Стасу.
– Ну да, – пробурчал тот, – сделал из меня кумира голубой тусовки…
– Зато бабки какие!
Вот и делай после этого добро людям!
– Ну и что у вас? – спросил, сгорая от любопытства, Вова.
– Да вот, Стасика в кино пристроили, про любовь, к вон той толстой тетке…
– Рад за тебя, коллега! – Вова с чувством пожал Стасику руку.
– Прикалываешься, да?..