– Ты мне это брось! Мы договаривались, что я не перехожу дорогу тебе, а ты не ешь моих ребят.
Было дело. Договаривались. Долгая история.
– Так получилось, что наши интересы пересеклись. Жена твоего должника – моя клиентка.
– Лен, давай разбираться. Она что, пришла и заказала защиту для мужа?
– Нет, но…
– Именно. Нет. С чем пришла твоя клиентка?
– Думала, Сорокин изменяет ей.
– Изменяет?
– Нет.
– Так ей и скажи. В чём проблема?
– Резаный, зачем ты вогнал его в такой странный долг? У тебя же есть, кому на дело пойти.
– Есть. Но тут дело деликатное. Опасное. Я не хочу, чтобы мои люди на нём попались.
– А Сорокина не жаль? А если он попадется и сдаст тебя? – поинтересовалась Лена.
– Его со мной никак не свяжут, пусть себе сдаёт. И, нет. Идиотов мне не жаль, дорогая.
Резаный был записным подонком. Но дураком он не был, это точно. У Сорокина наверняка был выбор. В том числе, с кем садиться за карточный стол.
– Ладно. Забирай своего придурка. Как его фамилия, кстати?
– Много будешь знать, скоро состаришься. – сострил Резаный.
– Ну точно.
И они даже посмеялись.
– Как ты нас нашёл?
– Также, как ты всех находишь. Программа слежения за телефоном. – пожал плечами Резаный.
Лена исчезла из двора, как будто не было. Взяла у бара свою машину и поехала домой. Дома была кровь в холодильнике. Кровь – то, что ей сейчас было надо. Она выпила целый пакет одним махом, пошла в спальню, разделась и легла рядом с Женькой. Он обнял её, зарылся носом в волосы и проснулся.
– Ты чего так рано?
– Я так рада, что ты у меня не идиот! – с бесконечной любовью сказала Лена и поцеловала его.
К вечеру она пригласила Варвару Сорокину в офис.
– Ваш муж вам верен.
– Да? – удивилась клиентка.
– Да. Совершенно точно.
Варя достала конверт с оставшимся вознаграждением. Лена кивнула, мол, на стол кладите. Женщина собралась уходить, радостная и воодушевлённая. И Лена не выдержала. Ей нравилась эта баба. Красивая, ещё почти молодая. Варя уже была в дверях, когда перед ней вдруг появилась детектив. Сорокина потрясённо обернулась в сторону стола – там было пусто. Как это? Как эта девушка оказалась в дверях, если только что сидела за столом. Лена взяла Варю за плечи и посмотрела ей в глаза:
– Твой муж – картёжник. Не особо умный. Сегодня он проиграл уголовнику опасное желание, а завтра – проиграет ваши деньги. Ты не любишь его. У тебя ещё будут хорошие отношения. Ты будешь счастлива. Всё будет хорошо. Особенно, если никого не привораживать, и ни за кем не следить.
Лена стрелой переместилась за свой стол. Варя снова обернулась.
– Ну, до свидания? – нерешительно сказала она.
– Прощайте. – махнула Лена. – Удачи.
Оставшись одна, она подумала, что завтра надо не забыть посмотреть новости, которые Лена жуть как не любила. Что-то подсказывало ей, что в новостях расскажут о неудачной попытке похищения подлинника Кандинского.
– У меня очень серьёзный айтишник. Если бы можно было отследить шантажиста – он бы отследил. Но там такая защита… вся надежда поймать его только при передаче денег.
– А в полицию что же?
– Да не могу я в полицию! У меня репутация.
Сидящий перед ней человек с трудом сдерживал раздражение. Разозлился, что Лена его не понимает. А она всё понимала прекрасно, почему частный детектив, а не полиция. Но нужно же было выяснить все детали!
– Что на снимках?
Депутат Алексей Снегирёв тоскливо уставился в окно. В их цокольном помещении окна были ложными. Вместо того, чтобы отвечать на вопрос, Снегирёв решил полюбоваться звёздным небом.
– Я вам не помогу.
– Почему? Я хорошо заплачу! – вскинулся Алексей.
– Потому, что мне надо знать всю правду. А вы тратите моё время.
– Елена, да какая вам разница, что на тех фотографиях?
Да как же они все её задолбали! Сидит тут, весь в Армани, Клайвом Кристианом воняет, и гимназистку из себя строит. Лена быстро перегнулась через стол и зацепилась взглядом за тревожный взгляд Снегирёва:
– Чем вас шантажируют?
– Я с девочками в бане был. – быстро сказал депутат. – Я не сам. Меня ребята позвали.
Лена навострила уши. Интуиция засвербела внутри.
– Так. А вот это уже интересно. Кто позвал? Насколько вы сами хотели туда идти?
Снегирёв, не понимая, с чего это он вдруг разоткровенничался, начал рассказывать.
– Я вообще очень люблю свою жену. Безумно люблю. И ни в какие бани я не хожу. Но тут планировался деловой разговор, а мужики упёрлись: в баню, в баню.
– Деловой разговор в бане? – Лена уставилась на клиента во все глаза.
– А я о чём! Ну, правда, он там не сильно деловой. Там просто обсудить кое-что надо было. Ну, там дальше я точно не могу рассказать.
– Рассказывай давай! Не беси.
Лена снова посмотрела ему в глаза. Отвлеклась на свои мысли. Бывает.
В общем, Снегирёв должен был кое-что подписать, а ему за это должны были занести денег. И всё было в ажуре, вот только в бане он какого-то лешего напился до беспамятства, а через несколько дней ему на электронную почту пришли фото, на которых он был изображён в недвусмысленных позах с горячей брюнеткой.
– Главное, обидно, не помню я этого! Не понимаю, как такое вообще могло произойти!
– А то, что это подстава, вы хотя бы понимаете?
