Дэла не слышала ни их слов, ни ехидных смешков. Мир для нее сжался до границы боевой арены, где находился единственный человек, какого она не смела признать властителем души, но и изменить этого оказалась не в силах.
- Кто отважиться принять вызов непобедимого воина братства Антигов? - не унимались герольды.
«Если никто не выйдет к нему, - лихорадочно подумала королева, - я назову невестой Плению-Лиэллу. Надеюсь, Овэлл оценит мой выбор. И бедный Гродвиг – тоже. Пусть навсегда умрет в его сердце надежда на руку предательницы. Он достоин лучшей доли. А молодой король? С такой женой он перестанет грезить островом Карут. Но честно ли это по отношению к двум братьям? Нет, нет, нет».
Уставшая сомневаться Дэла, плотно сомкнула веки и стала горячо молить Аспилуса указать ей избранницу. Доверившись воле небес, она загадала, что та из девушек, которая возьмет белую розу, что стояли в ногах дам, станет супругой короля Антавии.
- Я принимаю вызов! – раздался вдруг звонкий женский голос.
На поле выбежала девушка с мечом в руках. Взметнулись белые знамена Брогома. Толпа ликующе взвыла - воительница была прекрасна! Мужская камиза подчеркивала красоту ее молодого крепкого тела. Грудь девы прикрывал золоченый щит с гербом Манпор-Ваков. Обнаженные ноги стягивала золотая сетка. Белые перья украшали золоченый шлем.
- Брогомская медведица вызывает на бой Дэнгорского барса!
В те времена в турнирах не редко принимали участие женщины из благородных семей. И многие из них добились прекрасных результатов, хотя, получить звание воина, и принимать участие в походах они, по-прежнему, не имели права. Во времена Кхорха, который обожал женские бои, каждая дама – отправляясь в путешествие или оставаясь в собственном замке - нуждалась в защите как от разбойников, чьи набеги на отдаленные земли приумножились и ожесточились, так и от арахнидов, что бесчинствовали не менее лесной братии. Сразиться с прекрасной воительницей на турнире не считалось зазорным для мужчины антигуса, будь это даже прославленный боец. Хрупкая Дэла, взойдя на престол, воспротивилась этому. И многие разделяли ее стремление видеть придворных дам беззащитными и нежными, какой была сама королева, никогда не бравшая в руки тяжелого меча. Но находились и такие, что усовершенствовали навыки, не уступая воинам ни в верховой езде, ни в плавании, ни в искусстве владения мечом. Такой была Пления-Лиэлла, которая гордилась своей храбростью на турнирах, и даже считалась опасным соперником.
Вот только Гродвига ее появление поразило в самое сердце. Легкая краска проступила на его красивом смуглом лице - так вот как встретила она своего нареченного после долгой разлуки! С мечом в руках!
- Я принимаю бой, – негромко произнес он, но не поднял оружия.
- Этот поединок я посвящаю тебе, Овэлл! В память о былой дружбе! – воскликнула Пления-Лиэлла.
На трибунах послышался смех. Слухи об этой странной дружбе ходили не только при дворе, но и среди простого люда. Вскоре после появления брогомской красавицы в свите Дэлы, Овэлла стали часто видеть в ее обществе. Вместе они прогуливались то в окрестностях Бэгенхелла, то на острове Водопадов. И никто не в силах был понять, что связывало девицу, уже впустившую в свою душу улхурского демона, и невинного принца, не познавшего еще истинной любви. Эту странную связь прекратил Авинций, когда Гродвиг попросил благославление на брак с Пленией-Лиэллой. Весть о помолвке двоюродного брата Овэлл встретил в стенах обители Наррмора и выслал письменный отказ от престола в пользу Ормонда, младшего своего брата. Этот его странный жест король воспринял, как отчаяние тайно влюбленного, что озадачило и расстроило монарха. Он уже подумывал отказать племяннику, но внезапное и таинственное исчезновение Плении-Лиэллы разорвало помолвку. И старший наследник вернулся в Дэнгор. Вернулась и брогомская красавица, но стала старательно избегать встреч со своим женихом. В то время ему уже стало известно о болезни короля и предательстве нареченной, отдавшей сердце Ормонду. И строптивой невесте пришлось откупиться от нелюбимого вэлонскими землями барона Ансара…
Сейчас Гродвиг видел свою невесту впервые после долгой и тяжелой для себя разлуки.
Он посмотрел на трибуны, потом на Овэлла, потом на Плению-Лиэллу и, усмехнувшись, бросил к ее ногам меч.
- Прекрасная дева из Брогома выиграла бой!
Трибуны взорвались рукоплесканьями, свистом и криками радости, чествуя храбрость красавицы и благородство воина.
Хрупкие пальчики выхватили из букета белоснежный душистый бутон.
- За любовь! – смеясь, крикнула Октэма, девица из рода Годан-Теллов, еще не зная, что этим навсегда меняла свою судьбу. Меняла судьбы многих…
А белая роза, брошенная ее легкой рукой, никем не тронутая, так и осталась лежать на турнирном поле, пропитанном кровью достойных.
- За короля и королеву!
- За короля и королеву! – воскликнул вместе со всеми Ормонд и поднялся из-за стола с кубком в руке. - За тебя, брат! За Антавию! - его последняя надежда умерла, но родилась другая. Принц был весел и пьян.
